«А вам не кажется, что вы взяли на себя роль Господа?»
«Так вы человек верующий?» – искренне удивился Арсентий.
«Конечно, истинная вера никогда не мешает серьёзным занятиям наукой».
«Ну, а как же, например, эволюционная теория Дарвина?»
«Знаете, коллега, существует множество теорий возникновения жизни. Кто-то верит в загробную жизнь и чудесное Воскресение Христа, другие – это отрицают… Лично я не разделяю воззрений Чарльза Дарвина и придерживаюсь теории Сотворения мира. Не вижу смысла полемизировать по этому поводу: все давно согласились с тем, что Иисус Христос был исторической личностью. А вы, как я понимаю, материалист?»
«Я был им совсем ещё недавно…»
«Любопытно… И что изменило ваше мировоззрение?» – спросил Пирогов и по-доброму открыто улыбнулся.
«Я столкнулся с необъяснимыми явлениями, – «замялся» Арсентий. – Просто с какой-то чертовщиной…»
«Видите ли, друг мой, каждая медаль имеет обратную сторону. Например, вера в Бога предполагает и существование его антипода – дьявола, со всеми вытекающими последствиями... Впрочем, продолжайте».
«Меня, в первую очередь, интересует ваше мнение, как великого анатома. Профессор, как вы относитесь к теории создания алхимиками, в частности Парацельсом, человеческих существ с помощью чёрной магии и без участия естественных родителей?»
«Есть многое на свете, друг Горацио, что неподвластно нашим мудрецам…»
Арсентий взглянул на рабочие камеры и колбы, соединённые прозрачными трубочками, на провода, идущие от них к модему, а от него – к компьютеру. Последние данные говорили о том, что ему удалось синтезировать все основные органы «искусственного человека». Оставалось соединить «детали» в единое целое. В голове начали выстраиваться свежие мысли. Он взял ручку, раскрыл тетрадь и принялся набрасывать схему… Пирогов покачал головой, и было непонятно, осуждает он профессора или, напротив, воздаёт ему почести. Через некоторое время Арсентий оторвался от работы, взглянул на своё «произведение», удовлетворённо хмыкнул и вновь включил чайник. «Апофеозом моего проекта, – продолжил он мысленную беседу со знаменитым коллегой, – должно стать создание искусственного интеллекта и «протеза» головного мозга!»
«Эка, вы замахнулись, батенька!»
«Для выращивания нервных центров я внедрил в биомассу электроды, сопряжённые с созданными на монокристаллах микросхемами, которые тренируют данные клетки, вырабатывая у них нужные рефлексы и заданные свойства. Потом запрограммированную «конфигурацию» тканей собираюсь пересадить в мозг андроида, обеспечив между ним и компьютером постоянную связь. За счёт стимулирования клеток мозга на частотах, которые могут ослаблять или укреплять связи между нейронами, называемые синапсами, возможно сформировать или стереть память, даже включать её по желанию исследователя…» Не будучи уверенным, что коллега из прошлого понимает все тонкости процесса, Арсентий всё же продолжал: «Группы клеток, назовём их биочипами, стали отвечать за зрение, слух и вкус, обоняние и осязание. И вот, что интересно: оказалось, что искусственный язык более чувствителен ко вкусам, нежели человеческий, глаз – зорче, а ухо из клеток летучей мыши и серебряных наночастиц, превратилось в прекрасный аудиоприемник с возможностями, прежде недоступными оригиналу. В итоге значительная часть головного мозга перестала быть биологической. Говоря проще, такой мозг можно «разобрать», поменять его фрагменты на искусственные, а затем заново собрать, как конструктор Лего».