– Интересно, как же ты их различаешь? – вновь с неприкрытой издёвкой спросил начальник. – По запаху?
– Никак нет, по внешнему виду и характеру повреждений… Умершие, которых доставили накануне из своих квартир, все с бирочками, голенькие и аккуратные, а убитый – в медицинском халате и изодран в клочья. Видели бы вы, сколько там кровищи, она даже на потолке! Всё это я указал в протоколе и сфотографировал. А самое странное... Одно тело, то, которое, судя по всему, вскрывал врач... Оно – пропало.
– Как это пропало? Убежало что ли? – майор в упор взглянул на коллегу.
– На кафельном полу есть отпечатки следов босых ног, ведущие к выходу…
– Ты хочешь сказать, что мертвец после вскрытия встал и ушёл? Слушай, Сунцов, увольняйся к чёртовой матери из органов и ступай в юмористы! Там от тебя толку будет больше. – Ушаков никак не мог взять в толк, издевается ли над ним подчинённый или они действительно столкнулись с чем-то необычным. Это чрезвычайно раздражало и удручало его.
– Конечно же, мёртвые не ходят, – флегматично рассуждал Сунцов. – Скорее всего, следы преступника, входящего в прозекторскую, просто не сохранились, а вот, когда он, убегая, наступил в лужу крови – остались…
– А почему он был босым?
– Не могу знать… Но вдруг это всё-таки тот человек, которого пытались вскрыть? Может, он от боли очнулся? Я как-то читал в одной книжке…
– А почему ты решил, что прозектор кого-то вскрывал?
– Вот с этим – всё просто: есть журнал регистрации, в котором оформлено четыре трупа, а ещё нам повезло: среди прочих вещдоков мной изъят диктофон с аудиозаписью вскрытия. На мой взгляд, в нём много необычного.
– Ну-ну, и что именно? – Майор заёрзал на стуле и носком ботинка принялся отстукивать морзянку, выдавая своё нетерпение.
– В начале записи нет ничего особенного: дата, время… Тело неопознанного мужчины, доставленного с ДТП (наезд на пешехода). На вид тридцати пяти лет, тонкие чёрные усы и аккуратная бородка. Зубы… цвет глаз… зрачки расширены, кожные покровы и слизистые. Короче, прекрасный словесный портрет. Но затем начинаются странности… О них лучше послушать в оригинале.
Сунцов вынул из кармана миниатюрный прибор и вручил его шефу. Тот нажал кнопку воспроизведения записи. Монотонно и буднично зашелестел немолодой мужской голос: «...Судя по многочисленным шрамам, подопечный прожил бурную жизнь. Но на маргинала или уголовника не похож. Нет ни одной татуировки. Скорее всего – психопат… На левой половине грудной клетки, в четвёртом межреберье, как раз над проекцией сердца, старый рубец длиной четыре с половиной сантиметра. Удивительно… После такого ранения обычный человек не смог бы выжить! Но почему у него нет сосков? Что за чёрт? Отсутствует пупок! Первый раз такое вижу! (Далее послышались непонятные шорохи и учащённое, видимо от физической нагрузки, дыхание прозектора) При вскрытии грудной клетки и брюшной полости отмечается транспозиция внутренних органов…»
– Ты случайно не знаешь, что это такое? – Ушаков остановил запись, и впервые обратился к подчиненному, как к своей ровне.
– Я уже заглянул в Интернет, – вставил свои «пять копеек» довольный Сунцов. – Оказалось, это – крайне редкая аномалия. Сам термин имеет значение «перевёрнутое расположение внутренних органов», называемое ещё «зеркальным» или «обратным», и встречается не чаще, чем у одного человека на десятки тысяч. Сердце у таких людей расположено в правой стороне груди, желудок и селезёнка в правой стороне живота, а печень, желчный пузырь и аппендикс – слева. Лёгкие и кишечник, нервы и сосуды также перевёрнуты. Причина этого явления – загадка для специалистов. Но существует версия о том, что люди с зеркальным расположением органов обладают уникальными, даже сверхъестественными, способностями…
– Сунцов, ты опять за своё? – одёрнул его словоблудие майор, и вновь включил диктофон.
После длительной паузы, сопровождаемой каким-то совсем неаппетитным чавканьем, послышался удивлённый голос прозектора: «Но я не нахожу у него сердца! Впервые такое встречаю… Невероятно! Это даже не аномалия! Такого просто не может быть!!!»
На несколько секунд голос прервался. Затем в полной тишине раздался оглушительный хлопок. «...Чёрт возьми, это же шаровая молния! Она влетела в открытую форточку и едва не убила меня! Похоже, её притянуло к себе тело данного трупа! Спасибо тебе, полный аномалий дружок, за то, что отвёл от меня беду!» И ещё через несколько секунд: «Боже, он вздохнул! – и далее уже шёпотом, видимо, у врача перехватило дыхание: – Что это? – было слышно, как на кафельный пол посыпались металлические предметы, вероятно, инструменты. – Нет, этого не может быть…» Последовало какое-то рычание и пыхтение, звук падения чего-то тяжёлого и мягкого, удаляющиеся шаги и, наконец, всё стихло.