Вскоре к первому объекту присоединился другой человек. Тоже – длинный плащ и надвинутый на голову капюшон.
– Его дружок Шваубе, – заметил Жменя. – Вышагивает, словно журавль на меже.
– Посмотрим, что они затеяли...
Ждать пришлось долго, около часа. Два стоящих в тени человека, изредка переговаривались, поглядывали по сторонам и прислушивались. К этому времени улицы города полностью обезлюдели. Кёнигсберг, намаявшись за день, спокойно отходил ко сну. Наконец, убедившись в безмолвии ночных улиц, Шваубе что-то негромко сказал, повернувшись к дому. Ворота вновь распахнулись, и со двора выехала повозка, запряжённая мулом, погоняемым возницей. Трое малорослых людей в тёмных одеждах сопровождали её. Зоннерлихт и Шваубе уселись рядом с возницей, и процессия тронулась в путь по пустынным улицам Кёнигсберга.
Вёллер и Семён, стараясь оставаться незаметными, последовали за ними. Идти пришлось недолго. Возле Замковой слободы, за монастырём святой Магдалены находилось кладбище, огороженное забором из железных прутьев. Кликнув привратника, странные посетители дождались, когда отворятся ворота, и уверенно проследовали внутрь обители скорби. На ходу с повозки стянули рогожу и достали лопаты. Кладбищенский сторож с жиденькой бородкой, которую, казалось, мог унести лёгкий порыв ветра, стоял в стороне и с ужасом наблюдал, как низкорослые землекопы роются в свежей могиле. Старик крестился и шептал молитву. Один из помощников Скалиха держал над ямой фонарь, другой отдавал короткие распоряжения. Судя по всему, эти люди занимались подобным делом не впервой. Более того, из раскопа доносилось довольное урчание!.. Через четверть часа извлечённый из могилы гроб погрузили на повозку, прикрыли рогожей и отправились в обратный путь. Вырытую яму наскоро забросали землёй и притоптали ногами. Сторож получил от Шваубе несколько монет и строжайший наказ держать язык за зубами.
…В кладбищенскую сторожку два дипломата ворвались разом. Бедный сторож не успел издать ни звука, как его обездвижили точным ударом под дых и скрутили руки за спиной. Тут же он почувствовал у своего горла холодное лезвие кинжала.
– Ради всех святых... – хрипел насмерть перепуганный старик. – Я выполнял приказ...
– Чей? – грозно прошипел Вёллер. – Отвечай, пока тебя прямо сейчас не потащили на Фиалковую гору[21]!
– Зачем куда-то тащить, – заметил Семён, – давай прямо здесь отрежем ему голову!
– Нет, не надо! Я всё скажу! Это – для студентов-медиков нашей Академии![22] У меня документ!..
Друзья ослабили хватку и вскоре уже разворачивали свиток, который предъявил им трясущийся от страха сторож. «...Не чинить препятствий господину Зоннерлихту в его тайных делах...» Подпись: Князь Скала. Печать герцога Альбрехта... – пробормотал Вёллер, вглядываясь в документ.
– Ничего не понимаю, – озадаченно произнёс Семён.
– Тут и понимать нечего, – ответил Вёллер. – Герцог даровал Скалиху чрезвычайные полномочия. Тот, в свою очередь, выдал соответствующий документ своему помощнику. А он занимается похищением покойников!
– Мне объявили, что всё делается по воле его светлости герцога Альбрехта, – всхлипывал сторож. – А у меня две больные дочери... Я понимаю, что сие богопротивное деяние, но мне угрожали! К тому же обещали, что тела перезахоронят с отпеванием и выполнением всех обрядов в присутствии священника...
– Ты грамотный? – после короткого раздумья задал вопрос Вёллер.
– Да, – закивал головой несчастный старик. – Я веду книгу, куда записываю...
– Жить хочешь?
– Умоляю, сударь, всеми святыми...
– Ты сейчас опишешь всё, что тут произошло. Укажешь имена тех, кто приходил и тех, от чьего имени они действовали. В общем, я продиктую. И знай, что для тебя – это единственный способ спасти шкуру и не сгореть в аду раньше времени!
– У этих господ неодержимая тяга к мертвецам, – проговорил доктор Вёллер по возвращению в Замок. – Как бы мне хотелось присоединить к последним всю их компанию!
– Не боишься связываться с самим прародителем Зла?
– Это – всего лишь его адепты... Впрочем, христианин затем и рождается на свет, чтобы служить Богу и пресекать козни дьявола.
Их разговор прервали звуки с внутреннего двора. Вёллер подошёл к окну, Семён потушил свечу.