– Адепты разгружают ящики, – произнёс доктор. – Возле башни Лиделау...
«...Люди похожи на знаки и символы: одни, словно буквы и цифры, а иные, как слова или даже целые фразы. Но чаще встречаются обычные междометия или просто кляксы… Очень редко рождаются люди-формулы, люди-мелодии и люди-стихи. Иначе говоря, это – гении! Но есть особая каста существ – корректоры. В их силах исправлять чужие мысли и течение событий, стирать смертным память и выбеливать неугодные персонажи из истории…»
Глава 9. Аура зла
– Ну, с Богом, дружище Симеон, – шепнул Вёллер, медленно отворяя дверь в подземелье. – Если кто-то встанет на твоём пути – смело руби. Своих здесь нет...
– С Богом, – выдохнул Жменя, сжимая рукоять палаша. – Кому булава в руки, а кому – костыль! Уж я им спуску не дам...
Друзья дождались, когда таинственные ящики были внесены в башню Лиделау, убедились, что дверь закрыли изнутри. Затем тайные дипломаты спустились в дом Конвента, где, согласно представленному фон Трейтом плану, находился подземный ход, соединяющий «недра» башни. Вскоре заветная дверца была найдена. Чтобы не привлекать постороннего внимания, фонарь пришлось погасить. Минуту друзья стояли, тщательно прислушиваясь и всматриваясь в кромешную тьму. Из глубины подземелья веяло холодом, сыростью и пахло чем-то весьма неприятным. Казалось, что храбрецы оказались в пасти огромного библейского чудовища, спящего мёртвым сном. Вёллер, держа в руках шпагу и дагу, медленно пошёл вперёд. Дорогу приходилось нащупывать ногами. Ступеней не было, но пол уходил круто вниз, в неизвестность. Ход оказался довольно тесен: вытянув руки в стороны, доктор мог коснуться обеих стен. Каменный потолок нависал в локте от головы доктора. Симеон тяжело дышал сзади. Так, ощупывая пол и влажные стены, они, шаг за шагом, продвигались по проходу, обозначенному в плане фон Трейта как L2. Идти пришлось минут десять. Вдруг Вёллер резко остановился. Впереди послышался звук, похожий на лязг закрывающейся массивной двери. И тут же, бестелесным ангелочком, на стене появилось нечёткое облачко света.
– Они там, – шепнул доктор Симеону. – За мной! – И ускорил шаги.
Казак оглянулся, чтобы удостовериться, что их никто не преследует. Прислушался: всё было тихо, и бросился догонять Вёллера. По левую руку доктор обнаружил ответвление в тоннеле. «Это – проход L2-1, – мелькнула мысль, – он ведёт к коридору L1, что соединяется со входом в башню Лиделау. Благодарю тебя, старый рыцарь, за столь подробный план!» Теперь в двадцати шагах спереди, ясно различалось освещённое пространство. Совсем небольшое, но ориентироваться по нему было возможно…
Жменя не понял, как вышло, что на него стал опускаться потолок. Только что тоннель был свободен и вдруг... удар камнем по темени. Потеряв сознание, казак рухнул наземь, по инерции скатившись кубарем на три или четыре шага вперёд. Одновременно с этим каменная плита бесшумно опустился до пола. Симеону повезло: откатись он хотя бы на шаг ближе к месту падения, массивная глыба могла раздавить его.
Вёллер не заметил, что его спутник отстал. Он пребывал в уверенности, что тот беззвучно следует за ним. Сделав отсутствующему товарищу знак остановиться, доктор осторожно направился к источнику света, но задержался перед железной дверью. Сквозь зарешёченное окошко проникал робкий свет. Внутри находились люди, сколько – не понятно, но их тихий разговор был отчётливо слышен доктору. Вёллер заглянул в оконце и разглядел стол, на котором стоял массивный шандал[23] с тремя свечами. Рядом с ним поблёскивали стеклянными боками несколько больших сосудов с мутным содержимым. Вокруг стола расположились люди в длинных тёмных одеждах. Лица их скрывали капюшоны. Один, высокий и статный, стоял в стороне от остальных. «Видимо, это и есть Магистр», – подумал Вёллер. Вскоре он убедился в том, что не ошибся.
– Итак, во имя Вечности, продолжим беседу, – глухо проговорил Магистр. – Ты, брат Зоннерлихт, уже считаешься посвящённым и допущенным к обряду инициации. Но, прежде чем мы приступим к ритуалу, ты, наш новообращённый брат, можешь задать мне любые вопросы, касающиеся обряда. И помни: мы приветствуем стремление к истине и готовы утолить твою жажду познаний свежим глотком самых разнообразных сведений…
Разговор проходил на латыни.