Я изо всех сил старалась разглядеть, что там внизу. Всего в двух метрах ниже он висел на спасательном канате, схватившись за него одной рукой, конец каната обвивал его грудь. Другая его рука висела как-то неестественно. Вглядевшись, я увидела, что она в крови. Тут-то я и сообразила, что веревка, так сильно впившаяся в мое тело и прижавшая меня к палубе, и есть спасательный канат Дэниела. Она спускалась от точки крепления через основание колеса палубного руля и держала Дэниела на весу. Глубоко врезавшись в мое бедро, она вызывала боль, но еще острее была боль в шейном позвонке, передавленном веревкой. Она спускалась с края расщепленной палубы.
В тот момент, когда мы врезались в скалу, когда мне казалось, что все обречены на погибель, страх внезапно покинул меня. Теперь он вернулся, и я отчаянно, но тщетно старалась освободиться. Порыв ветра отнес Дэниела в сторону — и он пропал из виду, но вскоре появился вновь. Он обернул ко мне лицо и звал:
— Кейси! Ты слышишь меня?
— Да, Габнор! Да!
— Можешь ли ты… лебедкой… поднять меня наверх?
Я понятия не имела, сломана ли наша лебедка, унесена ли бурей или цела, но в любом случае я не могла до нее добраться. Я, рыдая от страха и отчаяния, прокричала в ответ:
— Я не могу двинуться, Габнор! Не могу двигаться! Твой спасательный канат прижал меня намертво!
Волна снова ударила и скрыла все из глаз. Когда она схлынула, я снова прокричала:
— Ты… слышишь… меня?
Он посмотрел на меня.
— Да, слышу.
Возможно, ветер слегка утих, потому что теперь его слова доходили до меня более явственно. Я вытянула шею, чтобы вглядеться во тьму внизу, и с отчаянием прокричала:
— Ты можешь сам выбраться наверх?
— Нет. Сломана рука.
О Боже. Мы в ловушке. Когда, наконец, морю удастся слизнуть «Кейси», мы умрем — но это означает, что мы будем умирать мучительно долго.
— Скажи мне, что делать, Габнор! Пожалуйста! Прикажи, что делать!
Он поднял ко мне лицо, и сердце мое забилось надеждой, как только я увидела на его лице улыбку.
— Отыщи свой спасательный канат и подтяни там, где он ослаб, Кейси. А потом крепко держись.
Я подсунула под себя руку, отыскала на своей талии спасательный канат и затянула его. Дэниела вновь отнесло в сторону, затем я опять увидела его. Он что-то держал в руке, но я не могла понять, что это. Наклонив голову, он поднес на несколько секунд руку ко рту, затем опустил ее и взглянул на меня.
— Я сделала, как ты сказал, Габнор, — прокричала я сквозь ветер и дождь.
— Молодец. После следующей большой волны будь готова действовать быстро. Ты почти на вершине утеса, и ты сможешь взобраться по склону.
— Ты не понял! Я не могу двинуться!
— Делай, как я скажу, Кейси! Не подведи меня. После этой большой волны — будь готова!
Гора воды накатилась на нас — и разбилась. Сначала был шок от удара, затем меня потянуло вслед за волной — она взвыла, будто хищник, пытающийся вонзить зубы в ускользающую жертву. Дэниел появился в поле зрения, свисая на веревке. Он поднял свою здоровую руку — и я увидела, как сверкнула сталь. Меня обуял ужас. Теперь мне стало понятно, что он держал в руке. Это был нож, который он всегда носил у пояса, и он подносил нож ко рту, чтобы открыть лезвие зубами.
— Нет, Габнор! Нет! — закричала я.
Он взглянул на меня и крикнул, громко и четко выговаривая слова. Я слышала их — но не могла вникнуть в их смысл. Казалось, они не имели отношения к тому, что он собирался делать, чтобы спасти мою жизнь.
— Скала..? Сердце..? Скажи..? — доходило до меня. Но сознание отказывалось принимать что-либо кроме того, что он собирался сделать.
— Нет, Габнор! Пожалуйста! Нет!
— Запомни, Кейси! — Он поднес лезвие ножа к канату над своей головой. — Постарайся сделать, как я сказал. А теперь… действуй!
Острым ножом он полоснул по тросу, один… второй раз… и вот он падает и исчезает в глубокой тьме всего за секунду до того, как новая высокая волна накрыла его, а потом взвилась, закрутившись, у самых зубов Аллигатора.
Я была освобождена, встала на ноги, схватилась за спасательный трос и пошла, держась за него, к точке крепления, рыдая от шока и горя. Я с радостью осталась бы лежать там, ожидая, пока очередная волна снесет меня, но последние слова Дэниела звучали у меня в ушах, и я обязана была идти. «Не подведи меня…»
Останки «Кейси» лежали на вершине обрыва. Нижний планшир опирался на гладкую, с расщелинами, скалу. Это был крутой склон, но я смогла по нему вскарабкаться.