— Живу я тут, — ответил Михаил.
— Что забыл именно здесь? — уточнил я вопрос.
— Еда кончается, вот ищу, чего поесть, — пожал плечами житель метро.
— Без оружия и готовности биться за жизнь? — нахмурил я брови.
— Раньше был автомат… — ответил Михаил. — Нашёл его на Звенигородской, где жил последнюю неделю. Патроны кончились вот…
— Зачем сунулся ко мне? — спросил я.
— Шарахнуло что-то, — ответил Михаил. — Вот я и пошёл посмотреть.
Наивность. Звенящая наивность. Не похоже, что он лжёт, поэтому могу списать такое только на неприспособленность к жизни на поверхности.
— Мертвецов на встреченных станциях много? — спросил я.
— Не так уж и много, — покачал головой Петров. — Большую часть можно просто обойти, они же на слух опираются большей частью. Если не шуметь, то пройдёшь незамеченным.
Так вот для чего ему тряпки на ботинках…
— Что слышал обо мне? — продолжил я опрос.
— Да всякое, — ответил Михаил. — Когда Ютуб работал, видел видео о мужике в костюме Наполеона. Последнее, что видел — это то видео, где… Можно я пойду?
— Идти-то ты можешь, но тогда упустишь возможность попасть в безопасное место, — сообщил я ему. — Знаю общину, вроде бы, адекватных людей. У них есть еда, вода, безопасность.
— Не, я как-нибудь сам по себе, — махнул рукой Михаил. — От людей одни проблемы.
— Тогда выбирай: либо возвращайся обратно, либо иди дальше, — потребовал я. — Эта станция будет закрыта, потому что у меня тут есть дела.
— Э-м… — бедолага завис, после чего зачесал затылок. — Ладно, тогда я назад, наверное…
— Давай, удачи, — пожелал я ему и пошёл запирать гермозатвор в северо-западном направлении.
Пока крутил вентиль, имеющий аналогичное устройство, что и на предыдущем гермозатворе, поглядывал за тем, как Михаил Петров уходит восвояси. Несправедливо, наверное, ограничивать его жизненное пространство, но ему просто не повезло, потому что уйти или отступить я не могу. Вообще, не ожидал, что здесь будет хоть кто-то живой…
Спустя десяток минут, станция была перекрыта наглухо. Не удивлюсь, конечно, что обязательно есть какие-нибудь маленькие гермозатворы, через которые можно втихаря проникнуть в сеть метро, но подробного чертежа у меня нет, а говна я жду от основных тоннелей.
Закончив с безопасностью входа в царство мёртвых, я вернулся в яму и начал копать.
Лопатой закидывал грунт в короб, короб опорожнял неподалёку, а затем всё повторялось.
— О, великие боги! — вскричал я, когда напоролся лопатой на пустоту.
Вслед за провалом лопаты грунт подо мной резко стал мягким, я вцепился руками в трос, заведомо натянутый специально под такой случай, после чего расширенными глазами наблюдал, как земля падает на… серый камень.
— Славься Зевс и боги-олимпийцы! Ха-ха-ха! — обрадовался я.
Это не Океан, поэтому очень хорошо, что я всё-таки решился на релокацию в метро…
— Ха-ха, релокация… — прошептал я.
Припоминаю, что мне предлагали релокацию в Москву, когда карьера пошла в гору и пошли частые предложения сняться в сериалах или фильмах. Менеджер говорил, что надо в Москву, там с нашим делом побогаче, тусовки с нужными людьми, которых там гораздо больше, чем в Питере и всё такое…
Релокация — это переезд, но всякие айтишники и прочие продвинутые посчитали, что «переезд» — это недостаточно трендово, слишком не хайпово и звучит не так. Ладно, применительно к бизнесу вопросов нет, хотя «переезд предприятия» тоже, на мой взгляд, нормально звучит, но вот релокация — это какая-то хрень. Фиг с ним, не нравится «переезд» — как тебе «переселение»? Суть та же, переселился из Питера в Москву — где искажение смысла или недостаточность формулировки?
Пока раздумываю над этим важным во время висения на верёвке вопросом, поглядываю вниз. Там было достаточно светло, как и в прошлый раз, над Океаном, но это сверхъестественный свет, исходящий от серых небес. В царстве Аида всегда день, только паршивый, хмурый и с дурными предчувствиями.
Вишу, думаю, а тут прямо к куче земли подбегает некое животное. Вроде отдалённо похоже на антилопу, но точно не она. Животное нюхает почву, после чего поднимает голову и смотрит на меня.
Глаза с горизонтальными зрачками, а это значит, что животное травоядно. Впрочем, хрен бы с ним, с животным.
Что же мне делать?
Спрыгну — могут возникнуть проблемы с возвращением обратно, но и висеть как вишенка тут тоже особого смысла нет.
Забираюсь обратно и оказываюсь в метро.
Тут, вообще-то, полно различных лестниц, а ещё у меня есть настоящие рельсы, которые можно спустить и поставить как неразрушимый или почти неразрушимый мост между двумя мирами. Верёвочку могут обрезать или выдернуть, а вот скреплённую стыковыми болтами рельсу, дополнительно прикрученную к чему-то сверху, просто так не выдрать. Я сторонник надёжных решений, чтобы всегда были пути отхода, чтобы не надо было полагаться, что какая-то тупость точно не произойдёт. Лучше потрачу время сейчас, чем потом буду кучу времени рвать от безысходности волосы на заднице.