– Вот, об этом-то я тебе и говорю, – ты уже сам придумал для себя правду. А понравиться ли тебе моя? – задумчиво сказал Старик. А потом, словно бы на что-то решившись сказал, – Я не Ярлский шпион, как ты себе вообразил. Но так получилось, что я и сам не знаю, кто я?
– Это как же?
– Просто в один прекрасный миг, примерно четыре года назад, – я вдруг очутился посреди леса, ни помня ни кто я, ни как сюда попал.
– И что…..?
Да ничего. Просто когда я вышел к людям, оказалось что у меня есть определенные способности.
– Какие?
– Я могу делать вещи такими, какими хочу их видеть. Например, – грязную воду сделать чистой, а совсем поганую еду…., менее поганой едой.
Или например, я слушаю твою речь, и понимаю, что помирать ты не собираешься, а просто давишь на жалость, пытаясь выведать у меня как можно больше сведений.
И кстати, – я чувствую, что если бы у тебя было чуть побольше силенок, – ты бы их из меня не жалостью бы выдавливал, а силой выбивал.
– Так ты значит маг?!
– Мне это часто говорили. Но я не знаю, что это такое.
– Ну конечно, – не знаешь. Неохота небось на костер попадать, вот под дурика и косишь! И как это тебя сволочь раньше не убили? Эх, попался бы ты мне пару недель назад, когда у меня еще силы были….
– За что ты и все остальные, так ненавидите магов?
– А то ты сам сволочь не знаешь!!!!!
– Хочешь верь, хочешь нет, – но я действительно этого не знаю. Я ведь даже толком не знаю, чем они отличаются от обычных людей. И что натворили. Все кого я пытался об этом спросить, обычно или просто ругались, или пытались меня убить.
– А про то как вы пытались поработить человечество, как войну развязали, а сколько народу угрохали, и вообще….
– Знаешь…. друг, – я сейчас почувствовал, что это говорил не ты, а…., как будто бы кто-то другой. Кто-то, очень испуганный и жалкий вложил в тебя эти слова. Лучше скажи за что ты, именно Ты, так ненавидишь магов.
– Да за что?… ну, – сволочи вы все. Вот за что, а так что бы конкретно…. – (Ни одной подходящей причины в голову не лезло, поскольку за всю свою сознательную жизнь, (то есть ту, – которую он помнил), он ни одного мага не встречал). Просто в последнее время, – ненавидеть магов стало хорошим тоном, и доброй традицией. Их объявили главным Злом, и сваливали ответственность за все свои несчастья и прегрешения. Но лично Седому, предъявить им было нечего….– Да как это нечего?!?! – оборвал он сам себя. – А как же молния, что угодила мне по темечку, и лишила памяти. Это вам что, – хрен собачий?
– Да вы сволочи, мне в башку свою молнию запустили. Я с тех пор, про прошлую свою жизнь, ни рожна вспомнить не могу, – с гордостью, что может уесть оппонента, сказал Седой.
– Но на твоем теле много шрамов от старых ран, – возразил Старик, – это тоже маги поработали? Или все-таки люди?
– Ну, в основном-то люди, – сказал Седой, про себя подумав, – «Как и когда он в эдакой темноте умудрился мои шрамы разглядеть». – И что с того?
– Но если ты ненавидишь магов, за одну единственную свою рану, то как же ты должен ненавидеть все человечество, за все остальные….
– Ты мне Старик опять пытаешься мозги вкручивать. За те раны, которые мне люди нанесли, тоже на вас магах вина лежит, поскольку делали они это только по вашей указке. – Тут конечно герой наш малость приврал, забыв, что Старик, как и он умеет чувствовать ложь.
– Врешь, – устало и с каким-то снисхождением произнес Старик. – Врешь, потому что та правда которую тебе вложили в голову, куда удобнее и проще, чем правда до которой приходится додумываться самому. Ты так старательно помнишь зло, что забываешь добро, – или это не маги, как минимум трижды спасали твою жизнь?
– Да с чего ты это решил?
– Просто знаю. – Как? – Мне и самому не понятно. Но когда я лечил твои раны, (это был третий раз, когда маги тебя спасли), то разглядел в твоем теле, следы еще как минимум двух подобных вмешательств. Значит маги тебя и раньше лечили.
– Да откуда тебе это знать, если я и сам этого не помню? – произнес обалдевший от такого поворота беседы Седой. Не зная, чему приписать подобное заявление, – бесконечной наглости говорившего, либо его великой крутизне. – А что ты еще про меня вызнал?
– Да не беспокойся. – Ничего такого особенного я про тебя не узнал. Только то что ты солдат со стажем, и много раз был ранен. Но кого этим нынче удивишь? Так что не пугайся.