— Добро пожаловать на борт, капитан! — приветствовал меня сурово выглядящий в своем стиле милитари образ Бунко, когда за спиной закрылись двери внешнего шлюза.
— Спасибо, малышка! — совершенно искренне ответил ей я, кося глазом на датчик атмосферного давления. — Будешь переодевать или так поговорим?
— Обижаешь! — хихикнула аватара, мгновенно растеряв всю свою суровость. — Обследую тебя, сбрасывай скафандр на пол. Уверена, что он одно сплошное следящее устройство, вряд ли смогу его полностью вычистить.
— Ты, говорят, еще один абордаж отбила? — чтобы не молчать спросил я, после того как Бунко шибанула внутрь шлюзовой камеры электромагнитным импульсом, выжигая почти наверняка присутствующие тут микродроны.
— М-м-м, правильно говорят! — изобразила что смущена электронная форма жизни. — Абордажники с «Капитана Сикорски». Вот только поздно спохватились, я все артавтоматы и шестнадцать киберов успела восстановить.
— Только они?
— Ты что-то знаешь? — немедленно застрелял в мою сторону глазками искусственный интеллект.
— Мне сказали, что погибло больше тридцати человек, в том числе три секретных агента и чиновник из системной администрации.
— А-а-а! — с восхитительной непосредственностью и каким-то подозрительным возмущением отмахнулась виртуальной ладошкой электронная девушка. — Клевета! Причем тут я, если они на МДК взорвались!
— Каком таком МДК? — очень осторожно уточнил я.
— Малом десантном корабле, он на меня абордажную группу высадил… — снова сделала вид что смутилась Бунко. — Бортовой номер HCL0966, приписан к борту тяжелого крейсера «Капитан Сикорски»… был.
— Был?
— Был… — тяжело вздохнула девушка-искин с подозрительно знакомыми мне нотками. — Что-то у них там с оборудованием случилось, толи реактор, толи аккумуляторы взорвались. Куда только бортинженер смотрел!
— В самый разгар штурма этот «десантник» взорвался, я полагаю?
— Не совсем. — понурился образ малышки. Если у меня и были сомнения в произошедшей с ней эволюцией, то сейчас их следовало забыть навсегда. — Как только группа высадилась, так и взорвался. Штурм не успел начаться.
— Невероятное совпадение!
— Однако произошло же! — с невероятной обидой глянули мне в самую что ни на есть душу виртуальные глаза. — Но мне не верят!
— Еще бы. — хмыкнул я.
— Боевых кораблей вокруг понаставили, словно я не контейнеровоз, а крейсер какой-то!
— Время тебя теперь слабо ограничивает, — решил, что с шутками пора заканчивать я. — Один короткий прыжок на остаточном заряде и ты ушла. Вряд ли тебя найти успеют, прежде чем снова подзарядишься.
— Сбрасывай скафандр и все что на тебе, в внутреннем шлюзе переоденешься. — послушно сменила тему электронная девушка и эротично в мою сторону облизнулась.
«Только этого мне еще не хватало!» — с большим опозданием пробило меня на пот. Понимание, что у Бунко на беззащитного меня могут быть серьезные планы, догнало наивного капитана только сейчас.
Взлом Бунко малого десантного корабля менял в моих планах если не все, то многое. Искином первого класса тут даже не пахло, лично мной когда-то программируемая электронная девушка обрела самосознание минимум Пятеркой. Чтобы определить ее класс более точно не хватало знаний. Что, к слову, наводило на мысль, точно ли малышка превратилась из пучка программ в электронную личность в ходе недавних событий.
Подавляющее большинство искусственных интеллектов при «пробуждении» оценивалось уровнем I, — а именно, развитием индивидуальных свойств личности примерно на уровне ребенка до пятнадцати лет. По понятным причинам, отличаясь от него на «прямом» включении, по сути, только скоростью обработки информации, которое отчасти задавало «железо». Обмануть (или не обмануть) и «приручить» изначально не имеющую к людям агрессии Единичку труда не составляло. При уровне общего развития и соответственно понимании окружающего ее мира новорожденной электронной личности на уровне типичного подростка, могущие быть привлеченными в качестве переговорщиков монструозные специалисты вряд ли бы сильно употели. Тут компьютер не в шахматы с людьми играл.
Интерьеры корабля практически не изменились. Фактически все виденное мной Бунко восстановила в добоевое состояние. В сочетании с наличием атмосферы это было очень хорошим знаком. «Дикие» искины обычно начинали перестройку своих тел-кораблей с демонтажа систем жизнеобеспечения.