Внутри корабля процедура повторилась. Ее можно было отключать, но я не стал. В принципе, «нулевка» на таких как у меня «Воронах» была не нужна, сканирующая аппаратура в расположенных под броней кораблей основных шлюзах была заметно мощнее, а обрабатывающие мощности вообще несравнимы, но с осторожностью среди звезд перебрать невозможно. Наличие на входе отстреливаемой капсулы дополнительного шлюза рекомендовал протокол безопасности, с интервалом в пять лет ее за счет компании даже меняли (точнее, выплачивали компенсацию за замену), банально не было смысла сопротивляться здравому смыслу.
Из-за фактора безопасности, самые распространённые в галактике — малые транспортные суда, в семидесяти процентах случаев с постройки до разборки знали только одного капитана. Современный космический корабль был слишком большим и сложным изделием, чтобы в дополнение к форматированию или замене «мозгов» найти все поставленные предыдущим кэпом закладки. Если с информационными еще можно было сделать риск приемлемым, то с техническими закладками была беда Если точнее, такого рода чистка была возможна, но стоила она воистину космических денег. Ради какого ни будь старенького контейнеровоза это было просто экономически нерентабельно. На вторичном рынке продавали только относительно «молодые» корабли и только в системы фронтира, где с возможной потерей судна и груза можно было мириться. На фоне свирепствующего там пиратства и просто войн риск сработки закладки становился приемлемым, а получение экс-капитаном выгоды от угона — довольно проблематичным.
— Капитан на борту! — рыкнув ревуном для привлечения внимания отсутствующей команды, известил жилую зону металлический голос.
В принципе, любой космический корабль, неважно, транспортный или военный, очень просто устроен. В моем случае это были собранные на скелете корпусных конструкций бронированная цитадель в виде жилой зоны с системами жизнеобеспечения, жилыми и служебными помещениями, центральным постом управления и основным и запасным компьютерами, а также изолированными бронепереборками реакторным отсеком и контуром искусственной гравитации; машинного отделения с движками для перемещения в нормальном пространстве; пространственного «пробойника» и прилагающимися к нему энергоблоками аккумуляторов и сбрасываемыми модулями сбора энергии; трюмов — применительно к контейнеровозу проекта 67−09 полноценными трюмами не бывших; и внешнего корабельного обвеса с эффекторами защитных полей, противоабордажными автоматами, антеннами — или если угодно, излучателями систем связи и всем прочим корабельным имуществом.
Это внутри они весьма отличались. Одинаковыми корабли были только по сходу с верфей.
Я, как и все начал перестраивать свой корабль под себя с жилой зоны. Места внутри хватало, свободного времени в рейсах при движении на автоматике было полно, капитану нужно было только найти чем заняться. В итоге, поразившая Ди прямо в самое сердце кожаная куртка и настоящие тканые, тканые джинсы из природных материалов (!) в размер здесь были и сшиты. Я в свое время даже лейбл своей швейки зарегистрировать не поленился. Нельзя сказать, что продажа малых партий одежды из эксклюзивных материалов приносила сравнимые с основной работой доходы, но расходы на производственную линию я отбил, и довольно быстро.
Второй нештатной судовой мастерской была электронно-механическая. Тут все было немного сложнее. Касательно продаж патентное право связывало таких как я по рукам и ногам, однако я совсем не для этого ей обзавелся. На корабль чужим ходу не было. Особенно если хватает мозгов и знаний для перепрограммирования электронных систем.
— Добрый день, капитан! — встретил меня в центральном посту девичий голос.
— Привет, Бунко! — кивнул я. Программная оболочка корабельного компьютера полноценным разумом не обладала[4], но шестнадцатилетнюю девочку в угловатых очках, белой блузке с галстуком и плиссированной юбке имитировала довольно качественно — и голограммой в том числе. Общаться с ней как с живым человеком было прикольно, нервы она мне в процессе во всяком случае не мотала.
— Попытки проникновения не замечены, запасы в штатных объемах, узлы и агрегаты исправны, корабль к походу готов! — доложила программа.
— Доклад принят. — подтвердил я. — Доложи в диспетчерскую о моем присутствии на борту и готовности к рейсу.