А вот пираты вряд ли. На Е-палубу через служебные лифты они и заходили. Аварийные люк-лазы в шахты были нетронуты, штурмовые группы, тупо блокировали лифтовые кабины и продвигались по шахтам, выбивая лифтовые двери кумулятивными зарядами. Чрезмерной длины служебные лифтовые шахты не имели, соединяли между собой от двух до четырех палуб, но в данном случае это вряд ли помогло. Для продвижения внутрь корабля, выйдя из одной лифтовой шахты, штурмовикам и боевым ботам нужно было просто переместится в другую.
Как и мне самому, на пути наверх.
В принципе, профессионализм, это не более чем умение нудной и скучной повседневной работой избавить себя и других от героизма и превозмогания. Никакого желания прорываться к маяку с боями и убивать всех встреченных я не испытывал, соответственно, вел себя тихо, достаточно крупно вывел на сетчатку объемную схему ближайших корабельных конструкций и использовал на полную мощь пассивные системы своего разведкомплекса. Панацеей те не были, уже близ цели, проходя палубу С, я чуть было не попался, малость нашумев и заставив тем самым сунуть голову в шахту случайно оказавшегося рядом пирата. Нас разделяло три метра, и несмотря на это, он меня не заметил.
Между делом удалось выяснить, что гостей лайнера из малонаселенных апартаментов первого класса сгруппировали в помещениях палубы D. Блокировав их не только мобилизованными корабельными ботами, но и противопехотными минами. «Смерть» сервисных машин положения людей не улучшила, большая их часть обсуждала что тут можно сделать, в том числе достаточно громко перекрикиваясь через открытые двери.
Добравшись до «Беты», я осторожно присмотрелся к обстановке и рисково вышел как положено, через аварийный лаз в СБ-шную дежурку. К моему счастью, живых людей в ней не оказалось. Следов стрельбы в помещениях не было. Двое дежурных операторов службы безопасности сдались без боя и предсказуемо поплатились за это. Успевших одеть скафандры сотрудников пираты заставили снять шлемы, поставили на колени и убили выстрелами в затылок. И ушли, заперев за собой дверь, даже не став поднимать с пола оружие покойников.
Что делать было неясно. Ранее, звукометрия показала рядом не менее четырёх человек. Сканирование радиочастот ясности не прибавило, бронированная коробка пикета экранировала радиоволны. В общем, сидеть в четырех стенах с мертвыми экранами можно было до посинения. Так что я спокойно открыл дверь, спустился по пандусу и уверенно двинулся в направлении своей цели, держа винтовку на руках поперек груди и отслеживая обстановку в не просматриваемых направлениях с эндоскопов. Систему маскировки, конечно, не отключал. Пиратов единообразно одели в «Атланты» в том числе и для облегчения их взаимного опознания. Чужой скафандр тут мог быть только сигналом «Огонь». А так они видели пред собой идущего по своим делам коллегу, забывшего или не сумевшего вырубить адаптивный камуфляж. При вирусном заражении компьютерных систем, в принципе, это могло быть возможным.
И на меня фактически не обратили внимания. Незваных гостей лайнера в зоне видимости и слышимости оказалось пятеро и четверо из них пытались лечить мертвых боевых ботов.
Через пятнадцать минут, я отвернулся от панели управления маяка и прямо тут же, в кабинке поставил первую мину. На пиратском «десантнике» уже должна была греметь тревога.
Глава VIII
Как это не удивительно, меня не преследовали и не искали. Неудачная попытка повоевать корабельных техников, связавших появление типа в активированном камо с заработавшим маяком, оказалась единственной реакцией пиратов на мою диверсию. Двоих неудачливых электронщиков, в недобрый час и в недобром месте пытавшихся «лечить» вышедших из строя боевых ботов я застрелил, ещё двоих ранил. Полный силы и власти голос в эфире прослушиваемого радиоканала это не успокоило, но желающих идти по следам диверсанта после моей приемки больше не стало. А потом я спустился на палубу ниже и за отсутствием ретрансляции голос исчез. Палуба С, как и Е, предназначалась для проживания пассажиров первого класса и отличалась от неё только меньшими общими размерами и большей площадью служебных помещений, частично отсеченных капитальными переборками. Но для ведения в этом пространстве активной обороны места было вполне достаточно, почему я туда и завернул. Вести бой рядом с детьми было неприемлемо, спуск же на палубу D мою тактическую ситуацию только ухудшал.