— Определилась по пяти маякам, произвела предварительный расчет девяти вариантов маршрута, — доложила Бунко. — Прошу выбрать самый оптимальный вариант, капитан.
Космос не просто большой, а очень большой и абсолютно все в нем постоянно движется во всех возможных направлениях на очень больших скоростях. Но это совсем не значило что маршруты огромного множества шныряющих по космосу кораблей нельзя с определенной точностью просчитать. Пробить червоточину в принципиально не просчитываемую пустоту в паре-тройке световых лет от ближайшей звезды совсем нетрудно, трудно оттуда выбраться. Если точнее, даже не трудно, а долго — что значит, экономически невыгодно. Источником энергии для зарядки прыжковых аккумуляторов в данном случае становился одинокий корабельный реактор. В случае же выхода «к звезде» основным источником энергии для подзарядки становилась она. На чем, собственно, и основывалась эффективность «дикого» или если угодно «тупого» космического пиратства — удачный перехват крупного корабля с грузом оправдывал даже не месяцы, а годы нахождения экипажа в засаде. Особенно если экипаж из рабов. Цивилизованно охотились за конкретными кораблями, способов отследить их в просторах космоса за века было придумано немало. Настолько немало, что оборудование своих корыт детекторами гиперсвязи было одной из первых задач желающих доработать до пенсии капитанов.
Выбирал маршрут я как обычно — по наитию. Реже бросал кубики.
— Пятый вариант.
— Есть, капитан! — подтвердила Бунко. — Загружаю данные.
— Принято! — подтвердил я
По выбранному маршруту меня ожидали пять прыжков, четыре из которых к безымянным звездам с буквенно-цифровой индикацией, только одна из которых имела необитаемую планетную систему. Около пятисот ходовых часов. Нормально. Время рейса конечно можно было и сократить, причем довольно значительно, но я дул на холодную воду даже в «цивилизованных» пространствах. Просчитываемых кретинов в космосе и без меня хватало.
Первый прыжок прошел рутинно, скучно и неинтересно. Выход к «красному карлику» HVD 50384, четырнадцать часов на сближение со звездой, двадцать семь на зарядку аккумуляторов и пятичасовой разгон в направлении следующей точки маршрута. Очередные три прошли примерно также, но времени отняли несколько больше. Проблемы начались перед последним прыжком, уже в пространстве Мантикоры, в той самой единственной планетной системе на маршруте.
MDX02494 была разменявшим свой последний миллиард «желтым карликом» класса G6 с никому ничем не интересной системой планет из семи штук. «Ворон» вывалился в обычное пространство практически идеально к расчетам — «на пути» звезды, в одиннадцати с половиной световых минутах от неё. Последнее немного экономило время и затраты энергии сравнительно с выходом в «догоняющих» точках, но вне довольно хорошо изученного пространства цивилизованных территорий шансы на такой выход были невелики.
— Рассчитать курс на орбиту зарядки, — распорядился я, едва дослушав доклад о прошедшем в штатном режиме прыжке.
Расстояние, оптимальное для зарядки прыжковых аккумуляторов корабельными «сборщиками», по очевидным причинам для каждой звезды было своим.
— Есть! — подтвердила компьютер. — Докладываю, что в системе зафиксирован сигнал бедствия, капитан! Данные радиосигнала расшифрованы, и внесены в бортовой журнал. Передана квитанция о приеме. Работа аварийного гипермаяка не обнаружена.
На центральном мониторе телеметрию корабля сменила картинка системы с догоняющей песчинку «Ворона» звездой и мотыляющимися вокруг неё по спирали планетами. Телевизионными системами кораблей многие не пользовались, замыкаясь на «дополненной реальности» инкомов, но я к сторонникам такого подхода не относился.
Сигнал бедствия шел от второй планеты системы. С орбиты или поверхности пока что было неясно.
— Могут быть неприятности, — резюмировал я.
Маневр в виде захвата пришедших на сигнал бедствия кораблей пираты придумали еще на заре космической эры. Среди «марксистов» и военных следовали этому не все, за подобные номера уличенные экипажи выбрасывали за борт, но вероятность нарваться на уверенного что уж его то никогда не поймают умника была вовсе не нулевой. Хотя и не сказать, что высокой. Последнее подпирали мотивацией Её Величество Жаба, — миссии по спасению страховыми компаниями хорошо оплачивались, и Его Выcочество Страх — за неоказание в космосе помощи терпящим бедствие без веских на то оснований капитанов лишали лицензий. После чего выжившие пострадавшие или их родственники оставляли их без штанов и, иной раз заставляли расплачиваться по искам до конца жизни.