Выбрать главу

— А моего второго номера?

— С ним мне придется рискнуть, но буду тянуть сколько возможно.

— Так тяжело с агентурой?

— Противостояние идет не первый год. Уже никто не скажет, чего в войне больше. Личных мотивов или меркантильных интересов.

Уточнять информацию я не стал. Имен и названий моя собеседница избегала не просто так, в то время как её прямота и честность подкупала.

А потом мы просто пошли ужинать.

* * *

Вошедшей в пугающее своим уютом, стоимостью обстановки и состояниями посетителей кафе «Созвездие» сереброволосой красавице с сопровождающими можно было бы и удивиться, но я не стал. Таскание меня с детьми по всяким интересным местам (которых на Крайтоне более чем хватало, и в престижных районах Гелиополиса в том числе) вполне явно преследовало некие личные цели. И я даже не стал гадать какие, просто наслаждался. Пока не увидел эту прекрасную акулу пера.

— «Скажи мне, что ты не в деле, изменница!» — лениво уточнил я у Бунко, с интересом наблюдая как госпожа Йохансон показывает некоторое удивление при виде леди Элеоноры и детей.

— «Нет. Не самое умное решение. Леди меня разочаровывает».

— «Торопиться с выводами не будем».

— «Хорошо!»

— Леди Элеонора! Юные господа! — поспешила поздороваться журналистка, стегнув меня нечитаемым взглядом.

— Вы как всегда обворожительны, мисс Йохансон! — мило улыбнулась ей леди Каллен. — Позвольте представить вам друга нашей семьи капитана Миклашевского.

По лицу Ирен нечто мелькнуло. Её свитские записывали наш разговор с трех точек.

— Дэннис, если эта прекрасная девушка кажется вам знакомой, то вы не ошибаетесь. Ирен одна из самых заметных звёзд современной столичной TV-журналистики, на днях брала интервью у меня и детей.

— Рад знакомству! — склонил я голову.

Журналистка прищурилась, тембр голоса я в медблоке не менял. Да и фигуру тоже.

— Я тоже, капитан!

— Присядете с нами, Ирен? — спросила леди.

— Нет, что вы! — улыбнулась журналистка, немного меня удивив. — Не буду мешать. Не люблю мешать периоды работы и периоды отдыха. Мы с коллегами зашли пообедать.

— Приятного аппетита! — формально вежливо буркнула Евочка, потешно сердито сверкавшая глазёнками из-за вазочки с мороженым.

— Взаимно, юная леди! — иронично улыбнулась ей Йохансон. — Господа и дамы, прошу прощения что помешала!

Журналистка отошла.

— Ба, ну и как она о дяде Дэне пронюхать смогла? — Малышку было не остановить. Братишка недовольной девицы молчал, не имел сил отвести взгляд от перекатывающихся под строгой белой юбкой шариков. И я прекрасно понимал парня.

Леди Элеонора забавлялась. Свита госпожи Йохансон старательно ловила нюансы.

— Её возможности не стоит недооценивать, — ответила внуку леди Элеонора.

— «Леди извиняется, и говорит, что так было нужно.».

— «Пояснить ничего не хочет?»

— «Вечером!»

— «Ну-ну.»

* * *

Вечером леди насмешливо улыбнулась и погладила меня по плечу:

— Дэн, верьте мне. Получить признание среди истеблишмента столицы просто капитану Миклашевскому невозможно. Чьим бы он другом не был.

— Я не говорил, что хочу этого.

— «И я тоже!» — шепнула мне Бунко.

— Хочу я. — фальшиво мягко обрезала леди Элеонора, наливая в бокалы вискарь. — Вы с Бунко друзья и партнеры моей семьи и меня лично. Знакомы мы недолго, но союз очень многообещающ. Сильнее вы, значит сильнее я. Вы с девочкой ещё молоды, поэтому мелко мыслите. Деньги для искина не проблема, но для настоящего процветания этого мало. Нужны связи. И власть. Для лучшей позиции в диалоге с кураторами, в том числе. Все это я могу вам дать.

— «Не вздумай ляпнуть о своем реальном возрасте!»

— «Поучи папу детей делать!»

— Редко, когда можно наблюдать такое доверие, — переключился я на корпоративную стерву.

— Безусловно, — согласилась Элеонора, — но молодые искины достаточно предсказуемы и нередко несут отпечаток личности своих человеческих «родителей», когда таковые имеются. А вы, Дэн, очень сильно раскрылись. Особенно, когда поддерживали моих внуков в капсуле. Наш семейный психолог в восторге. Просит разрешения использовать конфиденциальную информацию в своей научной работе.

— «Правду говорит, что ты сильно раскрылся! И про искинов тоже.»

— Со временем люди меняются! — заметил я.