Костик пробежал глазами последние сообщения. Судя по всему, его покровительница вступила в блоге с кем‑то в перепалку. Тролль? Да вроде нет, просто какая‑то вредная тетка, под ником Мелани. Господи, Марго с ума сошла, что она тут понаписала, ругаясь с этой Мелани… В один момент писательница разрушила ту милую, душевную атмосферу, которую Костик трепетно создавал в блоге в течение долгого времени!
Он быстро стер все «лишние» комментарии.
Костик относился к этому блогу как к своему собственному. Он изливал собственную душу, не боясь, что в нее кто‑то может плюнуть. И женщины‑читательницы отвечали ему нежной любовью. Столько добрых слов он от них слышал…
На самом деле они восхищались не Марго, а им самим.
Словно это он, именно он, Костик, был властителем дум. Кумиром. Избранным…
Почему слава достается холодной и злой Марго, а не ему, человеку с живым и трепетным сердцем? Гм, несправедливо.
Тем не менее, вычистив блог от «мусора», Костик принялся прилежно отвечать на комментарии постоянных читательниц. Больше всего молодому человеку нравилось беседовать с френдессой, появляющейся в журнале под ником Утренняя Роса.
Утренняя Роса, судя по всему, прочитала все романы Марго. И столь мило, столь деликатно восхищалась писательницей, столь уважительно беседовала, что не выделить особо именно эту почитательницу Костик не мог.
Утренняя Роса: «Дорогая Марго, я поздравляю Вас от всей души с выходом новой книги! Но это радость не только для Вас, но и для меня, Вашей поклонницы. Завтра я пойду в книжный магазин. Очень надеюсь, что Вашу новую книгу уже туда завезли. А если нет, я буду ждать. Буду каждый день заходить в книжный…»
Марго: «Дорогая Утренняя Роса, спасибо Вам за добрые слова! Я живу в суете большого города, где все помешаны на деньгах, на престиже, на внешнем великолепии. Но люди, к сожалению, уже забыли о том, что существует такая важная вещь, как Душа. И только Ваши письма напоминают мне о том, что есть на свете замечательные люди, которые…»
— Костик! Ты так громко стучишь по клавиатуре… — сонным голосом недовольно закричала из соседней комнаты Марго. — Закрой дверь. О чем там можно столько писать? Читала я этот твой журнал. Бла‑бла‑бла, бла‑бла‑бла… — передразнила она.
Марго. Черновик романа «Я и Ты».
«…Когда я впервые обратила на Тебя внимание? Я хорошо помню тот момент.
Хотя я так привыкла к тому, что вижу Тебя каждый день — в основном на школьной перемене, то Твое существование на белом свете вряд ли могло меня удивить. Да, есть Ты, и есть много других людей. Много других ребят вокруг…
Но когда Ты, именно Ты, вдруг стал для меня главным, особенным? Почему, отчего я внезапно стала выделять из толпы Тебя, думать лишь о Тебе?..
С чего все началось?
Мы играли на школьном дворе в волейбол, два параллельных класса — Твой и мой. Стояла весна, конец мая. Последняя четверть девятого класса — предпоследнего в нашей жизни (в те времена учились десять классов).
Учитель физкультуры куда‑то ушел — его срочно вызвали, что ли. Часть учеников продолжала играть, другая часть разбрелась по всей школьной площадке. Я сидела на трибунах, на одной из трех широких деревянных скамеек, ступенями врытых в земляной склон. Сидела одна, с правого краю, на средней скамье.
Я все это очень подробно помню — где, кто, как… Я помню, как солнце мягко грело мой затылок, спину. Я помню, что на мне было надето — черные спортивные брюки, белая футболка. Кеды.
Я помню, как повернула голову, посмотрела на тополь, тянувшийся ко мне ветвями сбоку, и заметила эти красные, махровые «сережки». В носу у меня защекотало, и я чихнула. Да, я чихнула, закрыв глаза. А когда открыла, мир был уже другим. Я стала другой.
Я опять изменилась. Первое превращение произошло в детстве, года в три‑четыре, когда я неожиданно стала осознавать себя как отдельную человеческую сущность. Личинка превратилась в кокон, отгородилась от окружающего плотной оболочкой, очертив пространство вокруг себя. Вот — я, а вот он — окружающий мир. Здесь я, а там другие.
А в этот знаменательный день случилось второе мое перерождение. Сидя на трибунах в школьном дворе, я внезапно ощутила свою женскую сущность. Я — девушка. Я — женщина. Я — это Она.
Наверное, это происходит со всеми людьми. У кого‑то такой момент случается раньше, у кого‑то позже, и не всегда это бывает связано с физиологией, и не всегда зависит от общения с противоположным полом. Но вдруг ощущаешь свою сущность (женскую или мужскую) как судьбу.