- И это у вас считается грехом? – догадываюсь я.
- Да, - соглашается девушка, - но не таким, за который отправляют в путешествие с билетом в один конец. Дело в том, что душа, как и природа, не любит пустоты. На место пожертвованного кусочка моей души, становится частичка души того существа, что я спасла от смерти. И вот это уже никто мне не простит.
- Если честно, то я не понимаю, что в этом такого ужасного, - признаюсь я, всеми силами пытаясь понять суровость местных нравов.
- Мне и самой на суде толком не объяснили, - грустно вздыхает Экуппа, - единственное, что мне четко дали понять, так это, что с Эбботом мне еще крупно повезло. Будь на его месте человек, суда надо мной вообще бы не состоялось.
- Получается, - резюмирую я, - тебя направили сюда, чтобы ты тихо и мирно умерла, а вместо этого ты здесь только развиваешь свой преступный талант? Тренируешься, так сказать, на кошках?
- Ты знаешь, - задумчиво произносит Экуппа, - теперь, после того, как мы с тобой спасли Эмму, мне кажется, что я понимаю, чего боялись сильные мира сего, когда узнали о моем таланте.
- Ну, давай уже, не томи! – возмутился я после повисшей на несколько долгих секунд паузы.
- Забирая частичку души от воскрешенного существа, я беру и часть его энергии, сил, знаний. Тогда в комнате я действовала неосознанно и немало отдала Эбботу, многое, впрочем, взяв взамен. Потому Эмма и почувствовала во мне сородича – маленького, по ее меркам, ленивого домашнего котейку внутри небольшого человека. Поэтому она и решила подружиться со мной и помочь, если это будет необходимо. Ведь даже у котов порой большие и грозные берут шефство над слабосильной мелочью.
- А если ты воскресишь человека… - начал я и осекся.
Дело не в человеке. Точнее, не в одном человеке. Если Экуппа будет воскрешать одного человека за другим, то спустя сотню или тысячу таких чудес, она вберет в себя столько сил, энергии и знаний, что сама станет сильной мира сего! Вот за что несмышленую, беззащитную, практически умалишенную девчонку направили в место, населенное убийцами, насильниками и прочим человеческим мусором.
- Да, - прервала мои размышления Экуппа, - на большой земле мне долго задерживаться нельзя. Я, видимо, слишком опасна для чересчур влиятельных людей.
- Мы обязательно что-нибудь придумаем! – пообещал я ей. – Вот выберемся из этого проклятого места, и сразу же придумаем!
- Это ты удачно уточнил, - очень серьезно произнесла девушка, - потому что я уже различаю треск веток, а Эмма даже чует, что к нам приближаются сразу три паука.
Я взглянул на Эмму и тут же получил от нее целый пакет информации, который распаковался и расшифровался у меня прямо в сознании.
Каким-то непонятным мне образом из мешанины переданных мне запахов я понял, что через ближайшие к нам кусты ломятся еще два гигантских паука и последний шкет из пары беглецов.
Эмма молчаливо утверждает, что одного из здоровяков вполне может взять на себя, пока они не начали трансформацию.
Позволяю себе усомниться, ведь кошка еще минуту назад благополучно отдавала Богу душу, пока мы нагло не вмешались в процесс передачи. Вряд ли она сейчас, если не физически, то морально уж наверняка готова к смертельной схватке.
Эмма возмущена! Она клянется обрубком хвоста, что справится со своим противником быстрее, чем это сделаем мы с наемницей.
Кстати, о язвах! Что там делает наша внушаемая попутчица? А, вдобавок еще один вопрос: почему я тогда не почувствовал никакой ментальной атаки?!
- Дурень! – отзывается Экуппа. – Чтобы отдавать кому-либо мысленные команды, существо само должно мыслить. Паук видел, что перед ним женская особь и отдавал команды ей. Собственно, я эти команды и получала.
- Это хорошо, что у нас есть такой шикарный козырь в рукаве! – обрадовался я. – Осталось только понять, как можно оптимально его использовать!
- Эмма говорит, что нижняя сторона брюха паука – самое слабое его место, – разбрасывается очевидностями девушка.
Я и сам прекрасно видел, как действовала кошка перед тем, как получить свою порцию яда. Другое дело, что не слишком боящаяся пауков Экуппа будет опять выведена из строя ментальной атакой, а я к пауку-переростку подойду на расстояние удара, только если окончательно сойду с ума от страха.