Сапиента покачала головой, и юноша неожиданно рассмеялся.
— А ведь именно британцы должны были о нем знать в первую очередь! Этот удивительный лес получил своё название благодаря вашим островным созданиям. Один из занимавшихся низзлами островитян вывез с собой на большую землю небольшой их выводок, но не справился с ними. С тех пор своенравные ушастые кошачьи расплодились и захватили без малого весь лес, и немногие наши мастера зелий рискуют входить на их территории за ценными ингредиентами.
— Выходит, теперь во Франкии что-то вроде заповедной территории совсем одичалых низзлов? — легко улыбнулась Сапиента.
— Выходит, что так, — вернул ей улыбку Лестранж и запрокинул голову к небу.
Купаясь в солнечных лучах и вспарывая небесное пространство, к замку приближалась крупная совершенно черная ворона. Не медля ни секунды, она влетела в стрельчатое окно башни. Юноша был уверен, что это не та птица, которая вылетала поутру. Он поспешил закончить прогулку, проститься со своей спутницей и вернуться в замок.
***
— Я думала, у меня еще есть время. Я так хотела, чтобы моя дочь…
Блеклые карие глаза старухи подёрнула лёгкая пелена слез, и сидевшая подле неё на коленях черноволосая женщина крепче сжала сухонькую сморщенную ладонь.
Ровена Рейвенкло смотрела в окно, на залитые солнечным светом земли замка. В руке она рассеянно сжимала маленькую синюю ягоду идеально круглой формы, обрамленную четырьмя некрупными листками и мелкими вертикальными усиками.
— Похоже, барон не успеет, несмотря на все мои надежды. Я так хотела успеть увидеть дочь…
— Госпожа Рейвенкло, — тихо начала говорить женщина, её черные глаза с болью и состраданием смотрели на престарелую колдунью, — я могу забрать вас с собой сегодня же.
— На чудесный остров, о котором магглы слагают мифы уже сейчас? Нет, милая. Я знаю, чего тебе стоит поддерживать в состоянии сна великого короля Артура, и не хочу истощать твою магию ещё больше. Я отправлюсь туда, лишь упокоившись.
— Неужели я не могу исполнить последнее желание моей наставницы! — с горьким отчаянием женщина смахнула непрошеные слезы.
— Нет, милая, нет. Ты же знаешь, что Артур слишком ценен для Британии, чтобы рисковать распылять твои силы. Скоро, я верю, наступит час, когда он проснётся, чтобы исполнить то, что должен…
Помолчав какое-то время, старая волшебница тяжело опустилась в кресло. Основательница тяжело кашлянула, посмотрела на гостью и издала горький смешок, удивительно похожий на карканье дряхлой вороны.
— У меня будет к тебе просьба, милая… В Хогвартсе сейчас юный Лестранж…
— Быть того не может! — тут же взвилась женщина. Чёрные глаза стали и темнее мрака зимней ночи. — Он жив?!
— Более того, он, похоже, подходит к двери.
В следующий миг раздался стук, и Ровена хрипло пригласила войти пришедшего.
— Госпожа… ты?!
Янтарные глаза с изумлением и недоверием уставились на чёрноволосую женщину. Они стояли друг напротив друга и испепеляли такими взглядами, будто каждый перед собой видел ожившего мертвеца.
— Ты! Врачевательница из казарм! Нищая гадалка в порту!
— Франкскийй везунчик! Улизнул! Выжил, в то время как Финн едва не был сожран змеями!
— Что?! Что с Финном?!
Из кресла старой волшебницы раздался тяжелый хриплый каркающий смех.
— Успокойтесь, дети мои, — слабо произнесла Ровена.
Черноволосая женщина взвилась. Юноше казалось, он кожей ощущает исходящую от неё ярость.
— Успокоиться?! Госпожа, Финн в бегах! Мерлин роет землю! Отчасти по его вине…
— Госпожа Рейвенкло, — в отличие от врачевательницы, аристократ быстро взял себя в руки и говорил уже ровно. — Позвольте заметить… что у вас в ладони?
— Как ты смеешь задавать вопросы?!
— Моргана, прошу тебя… — прохрипела основательница.
— Моргана?! — Лестранж пораженно отступил назад. — Моргана ле Фэй?
Легендарная колдунья даже не удостоила его взглядом. Опережая очередную её вспышку ярости, Ровена снова заговорила:
— Вороний глаз, мой юный друг. Предвестник для самих ворон. Моргана, милая… Несколько дней назад господин Лестранж пришел ко мне с интересным рисунком… Это был рисунок цветка… семикрылого корнецвета.
Женщина с черными волосами бросила нечитаемый взгляд на юнца. Старой волшебнице было тяжело говорить, в её речи все чаще слышалось хриплое карканье.
— Как ты думаешь, милая… кто подал нашему другу такую потрясающую подсказку… касательно гибели лже-Свена?!
Лестранж испуганно поглядел на основательницу.
— О, брось, милый… неужели ты думаешь, что Моргана пребывала в казармах и при дворе действительно ради карьеры врачевательницы?