Проснулась она, когда за окном уже плескалось чернильное море ночи. В камине весело потрескивали пожираемые ненасытным огнём поленья, на которых томилось какое-то зелье. Мужчины не было видно, но молодая колдунья точно чувствовала — он здесь, скорее всего, в кресле, но точно здесь.
Будто в подтверждение её мыслей, из-за высокой узкой спинки раздался холодный отстранённый голос.
— А теперь расскажи, почему ты саботировала тренировку сегодня?
— Но я не…
На узком подлокотнике появилась голова серебряной змеи, пару раз моргнула крупными рубинами глаз и медленно исчезла обратно за спинкой. Змееловка послушно выдохнула и тихо произнесла.
— Вы, наверное, думаете, что я идиотка… так, по-видимому, и есть… вот только я не могла сражаться с вами. Не знаю, как вам объяснить.
— Сядь в кресло, — в прохладном голосе не было слышно никаких эмоций. — Не терплю, когда ведут беседу с моим затылком.
Молодая ведьма поспешила выполнить требование. Едва она сложила руки на ближнем к колдуну подлокотнике, как он заговорил:
— Объясни мне, почему ты решила, что глупая благодарность стоит твоей жизни? Почему, наивное ты дитя, ты, раскрыв рот, восторженно наблюдала за моими пассами во время боя? Почему ты позволила уважению — маг брезгливо выплюнул последнее слово, выделив его паузой, — подставлять под удар твоё и без того подорванное службой здоровье?
Большие карие глаза девушки блуждали по лицу змееуста. В очередной раз ей почудилось, будто тот умеет читать сознание — зябко поведя плечами, она отогнала наваждение и тихо, почти перейдя на шепот, ответила:
— Я знала, что вы меня не убьёте. Вы мне даже вреда серьёзного не принесли. А нанесенные увечья помогли залечить… Я знаю, знаю! — увидев, как презрительно скривил губы собеседник, поспешила сказать она. — В настоящем бою меня бы убили уже со второго проклятья, никто бы и не думал расшаркиваться передо мной или, тем более, призывать сражаться за мою жизнь. Но мы ведь с вами никогда не сойдемся в реальной схватке.
— Никогда не говори «никогда», — колдун медленно поднялся из кресла.
— Я ни за что и никогда не подниму против вас оружия, — четко и ясно произнесла девушка, устремив горячий взгляд прямо в серые ледяные озера. — И так было бы, даже если бы не было долга жизни.
Мужчина замер у кресла, уставившись совершенно нечитаемым взглядом на змееловку. Долгую минуту он молчал, будто изучая каждый миллиметр её лица, а затем, наконец, тяжело вздохнул и отрешенно произнес:
— Потрясающе. Тебя многократно пытались свести с неулыбчивым стариком из Земель Невозврата, но ты отказываешься хотя бы попытаться улучшить свои навыки сражений. Браво.
Он прошагал к столу и, запустив в пространство над своей головой несколько заключенных в сферы свечей, принялся нарезать какие-то корни.
Девушка сидела, погруженная в разгадывание взгляда зельевара, а потому до неё не сразу дошел смысл сказанного только что колдуном.
— Что вы имеете в виду? Почему многократно?
Маг на секунду поджал губы, будто пытаясь совладать с досадой, затем откинул давно ставшим уже его жестом чёрные волосы с лица и неохотно пояснил:
— Те проклятые артефакты… кольцо, заколка — ты ведь не думаешь, что они попадались тебе случайно?
Ведьма пораженно выдохнула и медленно повернула голову к мужчине. Однако шокировало её вовсе не предположение мага:
— Так вы и вправду читаете в сознании! Стихия — вы мыслевидец!
— Ты так реагируешь, будто это умение страшнее змееречи, — равнодушно пожал плечами зельевар.
— О боги, да кто же с такими талантами и умениями отшельничествует, сэр?
— Я, — резко остужая новую волну восхищения змееловки, бросил маг.
— Своё видное участие в жизни магического мира я уже принял, уж будь уверена.
Девушка встала из кресла и подошла к мужчине. Он отложил пестик и отставил ступу с белесым порошком и повернул к ней голову. Серые глаза тускло мерцали в свете колдовских светильников. Она неотрывно смотрела в глаза мужчине, замечая в них отсветы магического пламени и какие-то глубоко личные отблески эмоций и размышлений. Завороженная этим причудливым танцем в глубине серых озер на лице мага, она дрожащим шепотом спросила:
— А теперь вы принимаете участие в его жизни не видное… ведь так?
Он не произнес ни звука, но долгий взгляд в её глаза стал очевидным ответом.
— Простите меня, сэр. Я буду тренироваться, как положено.
— Вот завтра и посмотрим. А теперь ступай прочь. Мне нужно работать.
Девушка послушно развернулась и направилась к спуску в подвал. У хода она обернулась — колдун снова склонился над столом спиной к ней.
— Спокойной ночи, сэр, — робко, дрожащим голосом произнесла она.
— Безмятежных снов, — не оборачиваясь, бросил колдун, и змееловка поспешила ступить на чешуйчатое невидимое нечто, безуспешно пытаясь стереть несмелую улыбку с лица.