Рептилия заколыхалась, шепнула что-то в скрытое густой гривой ухо, затем оба животных кивнули, и ткань медленно, как утренняя дымка на болотах, истаяла, открыв взору магический тайник.
От камина донёсся восхищенный выдох.
Мужчина запустил обе обтянутые прочной фиолетовой тканью руки в ставшую не плотнее воды стену и пару мгновений спустя вынул оттуда деревянный короб без крышки. Поставив его в своё кресло у огня, он принялся не спеша перебирать хранившиеся в нем вещи. Девчонка не дыша наблюдала за тем, как длинные пальцы колдуна перебегали с одного предмета на другой. Темно-алый, с редкими золотыми вставками огромный кубок, вмещавший в себя две с лишним пинты, плотно замотанный в тестралову кожу и тесно перевязанный блёклыми жилами летающих скакунов сверток, медальон необычной формы с изумрудной змеей на янтарно-золотом камне — всё это пальцы решительно отметали в сторону. Наконец маг нашел то, что искал — толстую, изрядно потрёпанную, явно самодельную книгу. Бережно положив её рядом с коробом, колдун отнёс само вместилище обратно в тайник, что-то шепнул змее со львом и вернулся к камину и молчавшей в изумлении ученице.
— Это рукопись Салазара? — с благоговением прошептала она, не сводя глаз с темного фолианта. — Она объяснит его неприятие простецов?
— Здесь нет записей «Сто причин ненависти к магглам», однако она может пролить свет на интересующее тебя.
— Так это рукопись Салазара? — повторила свой первый вопрос девчонка. — Действительно его труды?
— Созданная Салазаром и его другом. Собранные из многочисленных путешествий истории, заметки и открытия. То, что позже стало частичной основой курсов в Хогвартсе.
— И вы всё это знаете… досконально? — восторженный взгляд девчонки привычно раздражал колдуна.
— Часть записей делалась при мне.
Она нахмурилась, будто что-то посчитывая.
— Но ведь Салазар исчез много-много лет назад. Что-то около века разве не прошло с того времени? Нам говорили, что он умер почти сразу после ухода из школы…