Лестранж почувствовал липкий холодок ужаса.
— Неужели подмена была так очевидна?
— Что вы, Аим, — его собеседник добродушно улыбнулся. — Вы забываете главное: я изначально знал о зелье, а значит, был повод думать о подмене. Остальное лишь наблюдение, опирающееся на изначальную осведомленность.
— Вас за это Мерлин преследует?
— Не думаю, что ему известно о том, что я знал правду о подмене короля. Дело вовсе не в этом. Дело в моей воспитаннице, Атхен, и в моей наблюдательности.
— Расскажите, пожалуйста.
Воин посмотрел в глаза собеседнику.
— Вы молоды, Аим. У вас еще есть шанс на достойную жизнь при дворе. Скажете, что вас похитил в порту предатель Финн и…
Лестранж вскочил на ноги, обуреваемый гневом. Наколдованный им огонь принял карминно-багряный оттенок и взметнулся выше.
— Никогда! НИКОГДА! Этот…. Этот vil vieux bâtard* убил моего отца! Не за один раз, не в один миг! Он травил его! Убивал все эти месяцы игры в лжеСвена. Его игры! Да я проживу годы, десятки лет, таясь, скрываясь и спасаясь от преследования, но приложу все имеющиеся силы к тому, чтобы Мерлин заплатил мне за убийство отца! За убийство этих земель! Это ведь он! Вы же знаете, Фирг, он, а не какой-то выдуманный им Слизерин терзает синими клыками Англию!
Юноша умолк, переводя дух под пристальным взглядом Финна, но вскоре продолжил:
— Это теперь мой дом. Моё государство. У меня здесь будущее. Этот crud** уже уничтожил мое прошлое, обрубил последнюю ветвь родового дерева. Уничтожить побеги моего будущего я ему не дам!
— У тебя сердце льва в змеиной коже, — уважительно кивнул Фирг. — Но надеюсь, десятки лет нам ждать не придется.
— У Вас ведь тоже свои счеты к Мерлину, — вернулся к прежней теме Лестранж.
— Тебя. Мы равны.
— У тебя свои счёты к нему. Хотя бы из-за той змееловки из первого созыва, — послушно кивнул француз.
Воин мрачно улыбнулся.
— У меня множество счётов с Мерлином. Один серьёзнее другого. И если бы я не был слеп и забывчив, их, возможно, было бы несколько меньше.
Фений призвал со дна своей холщовой сумки небольшую пузатую флягу, откупорил её и налил содержимое в начертанные юношей небольшие деревянные кубки. Закупорив сосуд и прикрыв на миг глаза от восхитительного аромата крепкой дубовой настойки, он продолжил рассказ.
— Атхен увидела всю игру первой. Догадалась ли, почувствовала, предвидела — не знаю. Несколько месяцев назад она уже говорила мне о том, что считает историю со Слизерином лишь мистификацией, прикрытием настоящего хозяина синих гадов и его мотивов. Я выслушал её, не будучи склонным приняться за это всерьёз. Мы тогда грешили на высокие роды магов, перебравшихся в Англию с материка.
Юноша хмыкнул без тени обиды:
— Логично. Ведь синяя хворь выкашивает только англичан. Вполне вероятная картина.
— Полагаю, что и это было сделано не случайно. Я имею в виду выкашивание английских родов — ведь и Атхен, и я сам легко принял на веру козни иноземцев. Возможно, такая теория — тоже расчет Мерлина… но это неважно… Знаешь, Аим, тогда — при самом первом разговоре на тему заговора Синей хвори — я допустил непростительное легкомыслие и преступную слепоту.
— Вас подслушали?! — догадался француз.
— И да и нет. Мы не вели беседу в полный голос в главном дворе казарм, если ты об этом подумал. Мы отправились в Армейский лес…
— О, Forêt de l'armée — престранное местечко. Главное для неопытного путешественника…
— Не сходить с тропы… — едва заметно улыбнулся Финн. — Да, я так и сказал ей. Мы неспешно брели по лесу и так же неспешно беседовали. Но в самый важный момент — когда мы заговорили о цветке тысячедрева и о таинственном змееусте, попавшемся на её пути, Атхен вдруг заметила среди деревьев приближающегося к нам Мерлина.
Лестранж распахнул глаза в изумлении. Языки пламени из радужных на несколько секунд превратились в бледно-желтые.
— Разве это может быть совпадением?
— То, что мгновенно пришло в голову тебе, совершенно не пришло в голову мне. Видимо, тогда я слишком верил в честность или, если пожелаешь, в непричастность Мерлина.
— Он слышал ваш разговор? — голос юноши упал до шепота.
— Трудно сказать. Он был довольно далеко. Но ведь Мерлин — великий маг, этого у него не отнять. Вполне вероятно, что он мог нас подслушать, кто знает…
— Зачем змееловка искала корнецвет?