***
На земли Эллады давно опустилась неожиданно тёплая ночь, и маги укрылись от неё в той самой пещере, где ночевали накануне. Со встречи с кентаврами прошли сутки, за которые Слизерин успел сходить в ближайшую, но отнюдь не близкую деревню, а Атхен проспала почти всё это время. Сразу по возвращении из злополучной вылазки и встречи с василиском колдун заставил девушку выпить несколько зелий и обработал её раны – вынул острия стрел, наложил обеззараживающие и исцеляющие заклинания, обработал мазью и перебинтовал широкими полотнами из собственной рубахи.
Теперь же отдохнувшая змееловка и несколько уставший змееуст сидели у костра и ужинали принесёнными магом продуктами, а серебристая змея, отправившаяся с хозяином к деревне на охоту, сыто жмурила рубиновые глаза и грелась о бок своего хозяина.
- Так значит, царь змей? – задумчиво повторила Атхен, рассеянно глядя куда-то в пространство. – А почему именно такой титул?
- Само его название что на латыни, что на греческом, происходит от слова «царь». Так назвал его первый известный миру создатель подобного змея.
- И этот змей и есть первый подобный?
- Да, - медленно кивнул змееуст. – Принято считать, что да.
- Но кто его создал, он сказал тебе?
- Нет, но это и так известно.
- Герпий Злостный, - кивнула сама себе ведьма. – Я помню, я читала об этом в твоей рукописи.
Атхен улыбнулась Салазару и поймала себя на мысли, что скучает времени, проведённому в хижине Слизерина. По той невероятной магии, кружащей вокруг неё в его доме, по открытому там миру знаний и по их нечастым вечерним разговорам у огня.
- Я тоже, - склонил чуть набок голову змееуст, и ведьма поняла, что он читал в её сознании.
- Салазар, я всё хотела спросить… почему я тогда, на вересковой пустоши, когда тебя схватили, смогла с тобой говорить мысленно? И потом снова, на зачарованной Морганой поляне в ночь нападения?
Колдун задумался и огладил тонкую узкую бороду.
- Думаю, это из-за устоявшейся прочной связи между нами и экстремальности происходящего. Возможно, я слишком много времени провел в твоём сознании, возможно, ты слишком сильно привязалась ко мне, возможно, что и всё это вместе дало подобный результат.
Атхен только кивнула, не желая вдаваться в подробности и стараясь прогнать навязчивое «ты слишком сильно привязалась ко мне».
- Мы закончили в Элладе? Куда дальше?
- Завтра на рассвете я схожу к пещере василиска, мне нужно змеиное дерево, а там его вдоволь. Затем можем отправляться. Я хочу посетить ещё земли франков, прежде чем возвращаться домой, но не знаю, стоит ли. По сути, для зелья у меня есть всё, кроме самого главного - семикрылого корнецвета. У меня есть запас, но для этого мне нужно будет навестить хижину.
- На Лох-Раннох? Это слишком опасно! – вскинула голову Атхен. – Мерлин может ждать этого! Оборотное ещё осталось?
- Ты туда не пойдёшь! – ледяным тоном отрезал Слизерин. – Я не отдам тебя старику на откуп! Только не снова!
- Ты должен сварить зелье и вернуть своего друга. Кто его будет варить, если не ты? Моргана?!
- Почему бы и нет.
- Ты войдёшь в свой дом только после того, как я проверю его на наличие Мерлиновых ловушек! Или снова захотел быть не живым, а мёртвым?!– зло выкрикнула змееловка, поднялась на ноги и похромала к выходу из пещеры.
Дыша ночным воздухом и бесцельно блуждая взглядом по кронам леса, ведьма отстранённо размышляла о том, что очередное ранение еще больше испортило её и без того паршивую после ранения в бедро походку. Думать о Слизерине и его глупом то ли упрямстве, то ли гордости не хотелось. «Откуп» - вот уж точно слово, которое он подобрал из нелепых обвинений Фирга! По здоровой ноге медленно поднялся серебряный страж мага, что-то прошелестел ей в ухо, на что девушка только покачала головой, и, обвив её торс, уложил морду на правое плечо. Змееловка стояла так, пока не почувствовала, что продрогла. Стоило только подумать о том, чтобы вернуться к костру, как на её плечи опустился тяжелый чёрный плащ змееуста, а поверх ткани легли длинные его ладони.
- Успокоилась? – он осторожно повернул её к себе и что-то прошипел рептилии. Та вяло ответила, но медленно сползла с ведьмы и, уже уползая вглубь пещеры, что-то коротко прошипела, отчего Слизерин поджал губы и хмуро проводил взглядом стража.
- Все в порядке?
- Да, - снова повернулся к девушке маг и поправил на ней плащ, а затем ушёл вглубь, но почти сразу вернулся с тяжелой кистью винограда. Его тёмные, почти чёрные, круглые ягоды, казалось, впитали в себя саму греческую ночь, и вот-вот в их глубине проблеснут крохотные звёзды. Слизерин оторвал небольшую часть кисти винограда и протянул колдунье.
- Древние римляне утверждали, что истина в вине, а эллины верили, что виноград заключает в себе саму суть плодородия, процветания и гармонии. Он использовался повсюду: в кулинарии, обрядах, зельеварении, медицине. Считалось, что тёмный, агатовый виноград – такой, как мы держим в руках, - был пищей самого небесного орла, а значит, как и око того орла, помогал съевшему отличить злые намерения от добрых и ложь от правды. Что он может наполнить мягкостью, мудростью и добротой.
Змееловка слушала, осторожно склёвывая ягоды, но не понимала, к чему ведёт свой рассказ зельевар.
- Этот виноград, как утверждал продававший его крестьянин, собран с древних виноградников Эллады, что были однажды благословлены богами и сохранились до сих пор. Я думаю, имеет смысл проверить правдивость слов продавца, поверий древних и силу античных магов-олимпийцев.
С этими словами Слизерин взял одну виноградину покрупнее, сжал зубами и раскусил её. Сок брызнул на губы, и маг осторожно стёр его большим пальцем и прикрыл глаза.
- Я понимаю, что ты права, Атхен, - через какое-то время тихо заговорил маг и, открыв глаза, прикипел взглядом к лицу змееловки. – Что Мерлин мог устроить засаду на меня в моём доме, что это опасно, что я и только я должен варить зелье для… моего старинного друга, но…
Он тяжело вздохнул, съел еще несколько ягод, выдохнул и провёл рукой по отросшим волосам девушки.
- Я не могу, Атхен. Не могу тебе снова позволить так собой рисковать. Я не уверен, что у меня снова хватит стойкости и сил пройти через страх неизвестности: что он с тобой делает и жива ли ты? У меня просто не хватит сил начинать этот страшный путь снова. Я не уверен, что смогу пройти до конца, если две, слившиеся в одну сейчас, дороги снова разветвятся. Я не пойду обеими. Я не пройду их обе. Не потому, что не хочу, а потому, что не смогу. Не осилю. Не заставляй меня выбирать одну из них, потому что я не могу это сделать.
- Но и ты сам войти в дом не можешь!
- Могу. Если он захватит меня, возможно, у меня будет шанс его убить.
- Возможно? Возможно! – Атхен тряхнула волосами. – Даже если ты убьешь его, ты так и останешься для всей Англии злом! Сумасшедшим жестоким убийцей! Ты будешь вынужден всю жизнь таиться и скрываться!
- Не принимай меня за своего ровесника или даже за ровесника Финнгрифа, Атхен. Я далеко не молод, и «всей жизни» у меня в запасе нет и близко.
Змееловка покачала головой и зло тряхнула кудрями.
- Пойдём спать, - ласково пригладил волосы и поцеловал её в макушку змееуст. – Завтра нам понадобятся все силы.
- Ты хочешь отправиться на Раннох-Мур уже завтра?! – карие глаза с тревогой уставились на зельевара.
- Нет. Но завтра я планирую наведаться туда, где была рождена Атхен Гриффинд’Ор, - маг интонацией выделил ненастоящую фамилию девушки в настоящей. – Думаю, тебе будет интересно.
- Это туда ты отправил Фирга и друга Аима?
- Да. К тому же, у твоего дяди есть кое-что, без чего вернуть вашего предка будет невозможно. Идём, нужно отдохнуть.
Маги ушли к огню, а притаившаяся в валунах рептилия подняла мерцающую серебром голову и поползла за ними, прошипев самой себе:
- Я жжшшшше говорил, тут ссссовсссем другое.