Я остановилась в проеме, на всякий случай уперевшись в дверь ладонью.
— Все на выход. — С улыбкой сказала я.
Олаф вышел первым, за ним последовал Руфус, но ни один из них не выпускал из вида другого. Руфус первым стал вести себя подозрительно, но Олаф слишком хорошо знал, с чего начинаются драки, и не будем забывать про его параною. Я бы тоже напряглась.
Один из работников отеля вышел из-за стойки и попросил нас прекратить задерживать лифт. Руфус улыбнулся.
— Простите.
Мы четверо стояли маленькой группой. Бекка все еще держала меня за руку и переводила взгляд с одного мужчины на другого, пока постояльцы отеля проходили мимо нас. Рядом со стойкой стоял офицер в форме — он беседовал с менеджером. Не было никаких причин для паники, и все же Руфус был напряжен. Он мог стрелять улыбочками, но язык его тела выдавал, что этот большой парень готов к неприятностям.
Я почувствовала легкое дуновение энергии позади нас. Это заставило меня обернуться. Я все еще не выпускала руку Бекки, так что у меня была возможность глянуть назад, и в то же время не выпускать из вида Олафа.
Там был Никки — он шел к нам, не слишком торопясь, но двигался так, словно у него была для этого веская причина. Я вдруг почувствовала, как то, что сдавливало мне грудь, чуть отпустило. Со мной снова мое подкрепление, и как раз такое, которое может выстоять против Олафа. Руфус был копом, но он всего лишь человек.
Мне ужасно захотелось коснуться Никки, когда он приблизился и встал рядом, но я сдержалась, будто мы с ним оба были до хрена профессионалы.
— Отто. — Тихим и напряженным голосом произнес Никки.
— Никки. — Сказал Олаф.
Бекка придвинулась чуть ближе ко мне, как будто почувствовала напряжение.
— А где остальные? — Спросила она.
— Полиция все еще допрашивает их. — Ответил Никки.
— Почему тебя отпустили, а других — нет? — Спросил Олаф.
— Мердок был единственным, кто ни разу не встречался с пропавшей девушкой. — Ответил Руфус.
— Они планировали опустить Брэма, но он стал пререкаться. Говорил, что собирается ждать Мику.
— Он его телохранитель. — Заметила я.
— Споры с копами — далеко не самое полезное занятие. — Он посмотрел на улыбающегося Олафа.
— Никаких споров. — Сказала я.
— Я слышу Морган и Вайатта. Думаю, они скоро выйдут.
— Как ты можешь их слышать? — Спросил Руфус.
— Через стены. Они не такие толстые.
— Совсем забыл про твой сверхъестественный слух. — Сказал Руфус.
— Что с Микой и Натэниэлом?
— Натэниэла еще допрашивают, а Мика настоял, что останется с ним, пока разговор не кончится. Я все еще не могу понять, почему копы позволили остаться Мике, но не позволили Брэму.
— Почему они продолжают допрашивать Натэниэла о том, что произошло между Питером и Дикси?
Улыбка соскользнула с губ Никки. Что-то в его лице вдруг стало таким циничным, что я невольно схватила его за руку.
— Что не так, Никки?
— Они пробили всех по базе. Вскрылись его старые правонарушения.
Я нахмурилась.
— Какое это имеет отношение к тому, что произошло сегодня? Он же ничего не сделал, только оказал первую помощь.
Никки посмотрел на меня так, будто я была сама наивность.
— Что я упускаю, Никки? Скажи мне.
Руфус прокашлялся с таким звуком, который никто не издает, когда пытается прокашляться, но ему удалось привлечь наше внимание.
— Ты что-нибудь знаешь об этом, Руфус?
Он выглядел смущенным, что было в новинку. Это заставило меня нервничать еще больше.
— Давайте найдем мою жену. Тед попросил ее прийти, когда Питера увезли. Специально для тебя, кнопочка. — Сказал он, улыбаясь Бекке.
— Тед тебе звонил? — Спросила я.
Руфус кивнул.
— Я не ребенок, мистер Мартинез. Что-то не так с дядей Натэниэлом?
— Нет, кнопочка.
— Хватит называть меня так. Я не фурнитура для одежды, я — человек. Я просто маленькая, но я человек.
Мне пришлось отвернуться, чтобы проглотить смех и удержаться от того, чтобы не влепить ей пятюню. Оба варианта казались мне отличными.
— Сколько времени ты уже провела вот с этой большой кнопкой? — Спросил Руфус.