— Ты выиграл? — спросила я.
— Что? — спросил он.
— Ты выиграл гонку, состязание, плавание?
Затем он улыбнулся, и Мика сказал: — Вот это наша девушка.
— Я проиграл — сказал Натаниэль.
Должно быть, я выглядела удивленной, потому что он добавил: — Парень учится в колледже на стипендию по плаванию, и он почти на пять дюймов выше меня. Он первым коснулся стены.
— Итак, мы проиграли деньги? — спросила я, как будто это действительно заботило меня. На самом деле нет, но все же иногда ты проявляешь интерес к действиям своих людей, даже если не понимаешь их, как например, поставить деньги на победу в плавании с незнакомцами или попытка вырвать горло у одного из твоих друзей. Видите, мы все пытаемся понять небольшие причуды друг друга.
— Пока нет — сказал Эдуард. Он стоял рядом с нами с полотенцем в руках. Я была почти уверена, что в полотенце было какое-то оружие. Меня это не смущало. В конце концов, он был всего лишь человеком, а остальные, стоящие там, не были. Он был одним из самых опасных людей или сверхлюдей, которых я когда-либо встречала. Тем не менее, полезно иметь оружие, когда ты имеешь дело со сверхъестественным миром, потому что иногда единственное различие между сверхъестественными существами в том, что монстры бывают немного не удовлетворены жаждой крови.
Бернардо стоял немного позади Эдуарда. Не то чтобы он не собирался помогать, если понадобится, но у него не было хладнокровной решимости Эдуарда, а это означало, что он будет колебаться, если речь пойдет об убийстве меня. Я была их другом, в конце концов. Если Эдуард когда-нибудь примет решение, что я слишком опасна, он нажмет на курок, потому что полностью доверяет своему суждению, как и я. Бернардо был не таким эгоистично замкнутым, как Эдуард, да и мало кто был.
— Мы собираемся на некоторое время отправиться в комнату с Анитой — сказал Мика, и, произнося это, он смотрел на Эдуарда.
Эдуард один раз кивнул. — Хорошая идея — сказал он; его голос был тихим, холодным. Я ожидала, что его глаза будут бледными как зимнее небо, и именно такими они становились, когда он собирался убивать. Но они имели более насыщенный, дружелюбный синий цвет, чем я ожидала, и я увидела в его глазах то, чего никогда не ожидала увидеть: нерешительность. Он бы сделал это, но я пересекла линию ту же линию у Эдуарда, что и он у меня. Мы спускаем курок друг против друга, если почувствуем, что у нас нет выбора, если другие люди будут в опасности, но это будет дорого нам стоить. Черт.
Я посмотрела мимо него и увидела Руфуса. Теперь он тоже встал, было заметно, что он достаточно не в форме, так что я начала волноваться за него, но тогда я увидела его лицо. Его глаза сузились, и, за неимением лучшего слова, у него был полицейский взгляд, и он был направлен на меня. Я сделала что-то интересное и не очень хорошее. Он не знал, что происходит, но он был полицейским, и если флаги подняты, то полицейские бегут в гущу событий, и никогда от них. Физическая подготовка и возраст не имели к этому никакого отношения. Руфус был офицером полиции, точка. Это заставило меня задуматься, и я оглянулась на Фрэнки. Он не полицейский и никогда им не был, но он был человеком, который провел большую часть своей карьеры, решая проблемы насилия с помощью того же насилия. Он стоял позади нас, и я поняла, что и Натаниэль, и Ру уделили часть своего внимания высокому, темному и потенциально опасному человеку. Я полностью забыла о нем, что было хуже, чем небрежно; это было глупо. Так же, как Эдуард не был моим единственным опасным другом, так и я не была его единственным опасным другом. Если бы пришлось выбирать, из-за чего свадьба потерпит крах, то это бы не было единственным решением.
Эдуард продолжал смотреть на меня, не обращая внимания на трех мужчин вокруг меня, как будто наш зрительный контакт был всем, что имело значение. В конце концов, я вложила во взгляд столько же, сколько и получила от него. Мы смотрели друг на друга, как будто этот долгий момент был всем для нас, и так это и было.
— У Донны и всех остальных женщин спа-день, поэтому у вас есть время отдохнуть в своей комнате перед ужином сегодня вечером.
— Вздремнуть было бы здорово — сказала я.
— Не слишком увлекайся сном — сказал он, взглянув на шею Ру, где на его коже виднелся легкий отпечаток моих зубов.
25
Мы вернулись в вестибюль забрать Никки и сумки, после этого Натаниэль повел нас в наши номера. Номер Брэма и Никки был рядом с нашим, а номер Ру и Родины находился через коридор. Мы рассказали Никки о приключениях у бассейна. Он не был удивлен.