Боится, ох как боится он за сердечки неокрепшие, за души ранимые. Сколько лет прошло после смерти Г лафиры, а Зарислава так и носит эту боль, хоть и сказала, что отпустила -да только иногда вспыхнет ярко эта боль в её глазах. Держит в себе, с виду и не скажешь, да только разве можно от старика что-то скрыть. Эх, Зарюшка, кровиночка - на кого же тебя оставить, как рассказать, что пора уходить. Настал и его черёд, давно косая стоит и поджидает. Да он вот всё прочь её гонит - противится.
Встал, выпрямился почти столетний дед - погодь ещё немного, не порть радость стрекозам. Сколько той отрады у них в этом детдоме, некому прижать, приголубить, приласкать. Девчонки ввалились в горницу - раскрасневшиеся с мороза и хохочущие.
- Дедуля, родненький, с Новым годом тебя! - Зарислава подбежала, поцеловала деда в колючую щеку. А потом посмотрела с тревогой в его глаза: - Ты чего, деда?
- Да ничего я, Зорюшка, так, вспомнил, годы бегут, вон вы уже какие красавицы. Наверно, и мальчишки заглядываются?
- Да ну тебя, деда, какие мальчишки!
- Ладно, ладно, стрекозы, вы тут празднуйте, а я спать пойду.
Макар согнулся и, еле переставляя ноги, пошёл к себе в спальню.
- Деда, мы музыку включим? Мы не слишком громко.
- Да включайте вы уже свою музыку, танцуйте - Новый год, как-никак.
- Ура! - закричала Славка. - Алька, я совсем забыла, я тебе вот что купила. - Она достала маленький музыкальный диск и, подавая его подруге, возбуждённо заговорила: - Вот, смотри, здесь собраны хиты лет за пятьдесят.
- Ух ты! - Алька осторожно, боясь дотронуться, словно диск сразу рассыплется в её руках, взяла его. Глаза засияли от счастья, рот расплылся в довольной улыбке. - Славка, -смогла она только и вымолвить.
- Да чего ты им любуешься, давай слушать.
Славка выхватила диск из Алькиных рук и вставила в старенький плеер. И они услышали бархатный голос певца. Песня была на иностранном языке.
- Ай! - завизжала Алька. - Я знаю этого певца. Славка, он такой! - Она закатила глаза от восхищения, а затем обхватила Зариславу и стала кружить под звуки песни.
Славка смеялась и кружилась вместе с Алькой.
- Покажешь мне потом, хочу взглянуть на твою первую любовь.
- Не покажу - влюбишься ещё.
- В кого? Он, наверно, уже дедушка, - и они прыснули от смеха, завалились на диван, хохоча. - Нужно будет найти эти песни в компе.
- Ага.
Дальше была песня в исполнении девушки. Они вскочили с дивана и стали танцевать, кривляясь и смеясь друг перед другом. Когда певица стала петь: «О боже, какой мужчина, я хочу от тебя сына, и я хочу от тебя дочку. И точка, и точка...» Зарислава вдруг посерьёзнела и спросила у Альки:
- Аль, а ты когда-нибудь думала, сколько у тебя будет детей?
- Нет. Я вообще не представляю, как буду жить дальше одна.
- Почему одна? Я ведь с тобой, Аль, ты моя сестрёнка.
Они сели на диван, обнялись и стали слушать следующую грустную песню. Певец исполнял её так, что душа разрывалась от боли: «Не плачь и жди меня домой. я многое стерпел и это мой удел, а значит, я вернусь домой, не плачь. »
- Какая песня, прямо про нас, - грустно сказала Алька.
Славка вскочила и стала танцевать под ритмичную музыку, крича:
- Не плачь, Алька, не плачь...
Дёрнула Альку за руку, и они стали танцевать. Потом послушали современных исполнителей. А когда устали, поплелись спать, довольные и счастливые.
На другой день они встали в три часа дня. Дед истопил печь, наварил грибной суп, и от безделья сидел и ждал, когда его крохи выспятся. Макар столько лет носил в себе тайну, связанную с Зариславой. Так за все эти годы никому и не рассказал, и это давило и угнетало, и перед уходом в мир иной нужно было очисть душу - снять этот груз. Вот только всё боялся, поймёт, примет ли всерьёз стрекоза его исповедь.
Девчонки встали заспанные, но такие счастливые. Умылись, быстро сели за стол и, кривляясь, напевали песни друг перед другом. Наконец, позавтракав и заодно пообедав, они убрали со стола, вымыли посуду и устроились смотреть телевизор. Макар присел рядом.
- Зариславушка, разговор у меня к тебе есть.
- Да, деда - слушаю.
- Зарюшка, разговор серьёзный, хочу тебе рассказать, как нашёл тебя в лесу.
- Так об этом в моём личном деле записано, я его давно выкрала у директрисы и прочитала. Не переживай, деда, я всё знаю.
- Знаешь, да не всё. - Макар вздохнул. - Там написано только то, что я рассказал, а вот что утаил, сейчас хочу тебе поведать. А не дай бог уйду и тайну с собой унесу. Вот думаю, мало ли в жизни чего может произойти.