- Тёть Тонь, а дайте хлеба - хоть маленький кусочек.
- Слава, опять есть хочешь? Ох вы детки -сиротки, без мамки и папки и вечно голодные. Пытаетесь заесть боль и одиночество едой, да только ничего не выходит.
Она погладила Зариславу по голове, отложила поварёшку и подошла к столу, на котором виднелись уложенные горкой буханки хлеба. Повариха взяла нож, отрезала большой кусок и подала девочке, а потом, махнув рукой, сказала:
- Погоди, я тебе ещё котлету дам.
Женщина подошла к плите, на которой стоял большой противень с поджаренными котлетами, подхватив одну, положила её на кусок хлеба.
Зарислава прижалась к женщине.
- Спасибо, тёть Тонь.
- Да на здоровье. Беги уже, пока ваша «СС» не пожаловала, а то и мне достанется, и тебе.
Девчушка вышла из кухни, пряча за спиной котлету с хлебом. Она быстро прошла коридор и спряталась под лестницей, чтобы её никто не видел. Слава присела на холодный пол, переломила пополам ломоть хлеба, одну половинку положила в карман, а на другую положила котлету. Поднесла к носу, втянула запах жареного мяса и свежего хлеба, закрыла глаза от удовольствия и, откусив кусок, медленно стала пережёвывать. По её щекам бежали слёзы, они падали на котлету, когда она подносила её ко рту, чтобы откусить. Отрешённо погрузившись в свои мысли, она откусывала кусок за куском и не спеша пережёвывала. Доев котлету, собрала упавшие на платьице крошки и отправила их в рот. Встала, подняла подол платья и вытерла изнаночной стороной лицо. Поправив складки на платье, вздохнула и вышла из своего укрытия.
Пройдя немного по коридору, встретилась с высокой женщиной в очках, её волосы на голове были натянуты и закручены сзади в тугой узел. Она остановилась и окинула Славу взглядом с ног до головы.
- Слава, ты вновь неопрятна. Сколько раз говорить, заплетай свои волосы. А платье опять в чём вымазала? - Она наклонилась над девочкой и зло прошипела: - Видать, лишение ужина не помогает в твоём воспитание. Тогда поговорю с Верой Михайловной, чтобы она не пускала тебя на каникулы.
Девочка не промолвила ни слова, она спокойно смотрела на стоящую перед ней женщину.
- Ты что на меня так смотришь своими жёлтыми глазищами? А ну не смотри!
Зарислава не отвела взгляда, а всё так же спокойно смотрела на перекошенное от злости лицо воспитательницы.
- Я сказала, не смотри! Тварь! - завизжала она и со всего маха ударила девочку по щеке. Вампир дёрнулся, как будто это его только что ударили, маг схватил его за руку.
- Это прошлое, его не изменить.
- Они там что, звери все?! - выкрикнул вампир.
У Леона ходили желваки, он с трудом произнёс:
- Это люди, и они все очень разные.
Но вот появилось новое видение. Зарислава в лёгком платьице бегает по лугу с сачком для бабочек. Неожиданно она останавливается, смотрит перед собой на землю и, отступая назад, начинает кричать и плакать.
- Дедушка! Дедушка, родненький! Спаси! - Словно зачарованная, она кричит и не может сдвинуться с места. Перед ней лежит свёрнутая в кольцо крупная змея. Чёрная чешуя переливается на солнце, жёлтые глаза змеи, не отрываясь, следят за каждым движением девочки. Змея нервничает, то и дело выпуская свой раздвоенный язык, ощупывая пространство, вдруг она приподнимается над землёй и прыгает.
Подоспевший дед отбрасывает змею в сторону ногой и прижимает к себе девочку. Зарислава плачет навзрыд, дед прижимает её к себе, гладит по голове, приговаривая:
- Тише, егоза, тише - она тебя больше не тронет. Понимаешь, змея перед зимовкой вылезла на солнышке погреться.
- Стра-ш-ная она, не люблю з-мей, не лю -б-лю! - всхлипывая, Слава едва проговаривает слова.
Дед вытер ей лицо от слёз, взял за руку и повёл к дому.
Следующее видение началось с криков Зариславы: «Бабушка, родненькая - почему ты умерла?! Почему оставила меня!?» Вампир и маг увидели Славу, обнимающую неподвижно лежащую бабушку. На её голове был повязан платок, руки сложены на сердце, глаза закрыты. Зарислава забралась к ней на кровать и легла рядом, её плечи сотрясались в рыданиях.
- Зачем ты оставила меня, зачем, мамочка миленькая моя.
Вампир закрыл глаза.
- Не закрывай глаза. Смотри, - проговорил маг.
Видение исчезло, масса успокоилась и стала серой. Маг непонимающе посмотрел на сферу и вздрогнул, когда неожиданно проявилась очередная картина.
В комнате возле одной из кроватей стоит Зарислава, открывается дверь, и заходит уже знакомая им воспитательница, пропуская вперёд худенькую светловолосую девочку. Печальное лицо и испуганные бездонные голубые глаза. В них не хочется смотреть, сразу отводишь взгляд, потому что кажется, что падаешь в холодную снежную пропасть. Маг подался вперёд, сразу узнав в девочке уже повзрослевшую девушку, которой подарил амулет.