- Новенькую вам привела, чтобы в вашем зоопарке не скучно было.
Воспитательница истерически засмеялась и вышла. Из всех детей к новенькой подошла только Зарислава.
- Тебя как зовут?
- Алькирия.
- Будешь Алькой. Вот твоя кровать, в шкафу полку можешь занять рядом с моей. Поедешь со мной на каникулы к деду?
- А мне разрешат?
- Ай, брось, я уговорю директрису.
Видение пропадает, появляется новое. Зарислава стоит у гроба в чёрном платке, рядом с ней Алькирия. Они стоят, прижавшись друг к другу, и плачут, в гробу лежит совсем седой и старый мужчина. Леон и Альстрейд с трудом признают в нём того, кто заботился о Зариславе всё это время.
- Алька, почему они покинули нас? Почему?
- Не знаю, сестрёнка. Мы будем помнить их и никогда не забудем. Помнишь, деда говорил, что пока есть кому помнить об ушедших - их души будут жить?
Девушки вновь появились на цветущей разнотравьем поляне. Они смеются и радуются, из приёмника разносится музыка. К ним подходит неизвестный мужчина.
- Дядь Федь, смотри, какой мне сарафан ваша мама подарила! - сияя от счастья, кричит Зарислава. - А вот что мне Алька подарила, посмотри, как переливается на солнце. -Девушка касается амулета рукой, яркая вспышка ослепляет смотрящих на амулет.
Маг и вампир увидели Славу, когда она уже находилась в портале. Рыжеволосая красавица стояла и смотрела на Альстрейда. Дальнейшее проявлялось в виде мимолётных видений.
- Больше мы ничего не увидим, - сказал Леон и глянул на Альстрейда.
Вампир смотрел на потухшую сферу, не отрывая взгляда.
- Пойдём в гостиную. - Леон похлопал друга по плечу, подбадривая.
Наследный принц вышел за ним. Они сели в кресла, оба молчали, каждый обдумывал то, что увидел.
Наконец вампир нарушил молчание и спросил:
- Мне показалось или ты и вправду знаешь вторую девушку?
- Тебе не показалось, - помолчал маг, обдумывая, стоит ли говорить о том, что он знает, но, посмотрев на друга, решился. - Эта та самая девушка, на руке которой был перстень жриц Аргадзона. Я повёл себя премерзко, за что и получил.
- Постой! Как могла жрица из Аргадзона жить в первой грани мира и появиться во второй параллели. И вообще-то змеи нападают, если их жрицам грозит опасность. Ты ей угрожал?
- Нет. Но она была расстроена и унижена. Её эмоции бурлили, и произошло то, чего ни она, ни я никак не ожидали.
- Ты уверен?
- Да. Алькирия сама впервые увидела змей -призраков, появившихся из кольца. Она не знала, как их остановить. И когда они исчезли, стояла, всё так же оцепенев, и смотрела на меня.
- А ты?
- Я подарил ей амулет, помог пройти в первую грань мира и ушёл.
- И у тебя не возник вопрос, зачем ей амулет и что она забыла в первой параллели?
- Понимаешь, когда я вошёл в свою лавку, мои продавщицы смеялись над ней.
- Они что, сумасшедшие?
- Они из первой параллели мира, а как ты знаешь, у всех, кто попадает за грани миров, переписывают память. Магией, разумеется, они не владеют, а куда таких - вот маги и разбирают к себе в прислугу. Про жриц Аргадзона они, естественно, ничего не знали, а я не сразу заметил цвет глаз этой девушки. И только когда коснулся рукой, и она посмотрела на меня, я всё понял. Да только в этот момент на меня и напали змеи из кольца.
- Стало ещё запутанней. Как же жрица Аргадзона смогла попасть в первую грань и жить в ней всё это время?
- Наоборот, картина немного проясняется. Оставим на время жриц. Мы всё -таки ничего не узнали о шамане. Только то, что он хотел принести в жертву Зариславу. И так как первая попытка сорвалась лет семнадцать назад, он попытался сделать это опять.
- И у него опять ничего не вышло, - подхватил Леон. - Выходит, ему во чтобы то ни стало нужна кровь именно этой девушки. Но для чего? И как у него получилось, чтобы амулет солнца попал в руки к Зариславе? Что принесёт двенадцатой грани мира её смерть?
- Да. У нас осталось много неразгаданных вопросов, а на дворе уже давно ночь, меня во дворце, наверное, потеряли. Полечу. - Вампир встал. - Как ты думаешь, сколько ты ещё протянешь?
- Не знаю. Я думаю обратиться к однокурснику. Чего он только ни выдумывал, вся академия от его изобретений стонала. Может, за это время азарт в его крови не угас, вот и подкину ему неразрешённую задачку.