- У меня нет внучки. Ступайте, наш разговор окончен.
Вожак развернулся и пошёл с гордо поднятой головой. Маг посмотрел вслед уходящему мужчине и, развернувшись, потянул за собой упирающегося Альстрейда.
- Пусти меня, я его уговорю, он так ничего и не понял!
- Он всё прекрасно понял, в стае свои законы и не нам их обсуждать. Будем сами прокладывать путь к горе, другого выхода у нас нет.
Они прошли приличное расстояние и присели на берегу небольшой речушки, чтобы отдохнуть и попить. Вайнер утолил жажду и посмотрел на хмурого вампира, сидевшего с закрытыми глазами на пригорке под раскидистой берёзой, опершись спиной о ствол. На вампира было жалко смотреть, лицо стало сплошной маской отчаянья и боли.
Принц, сорвав зелёную травинку, машинально засунул её в рот и стал гонять между зубов, мыслями он был с Зариславой. Вспомнил, как первый раз увидел её в портале. «Рыжая, маленькая, слегка вздёрнутый носик, удивлённый взгляд единственных на свете янтарных глаз, смотрящих даже не с интересом, а с какой -то твердостью и решительностью. А какая у неё шея, плечи, соблазнительные маленькие тоненькие лямочки оранжевого сарафана».
Вампир представил, как осторожно снимает с её плеч те самые лямочки, и надоедливый сарафан скользит по девичьему телу. Представив обнажённый образ Зариславы, вампир перестал дышать, мысленно осторожно прикоснулся губами к её маленьким холмикам, волна возбуждения прокатила по телу. «Тьфу ты!» - Принц выругался и зло выплюнул травинку.
Образ Зариславы медленно растворялся, унося с собой возбуждение. Во рту осталась горечь, сердце горело огнём от боли, внутри всё скручивалось от неведенья.
«Где она?» Мысль о том, что её уже могли убить, вампир гнал прочь. «Нет, только не она!» Вновь всплыл образ девушки, только теперь её взгляд был хмурый и злой, алые губки - пухлыми, напряжённые руки замерли на талии, собрав оранжевый сарафан. Опять этот сарафан. Скоро он сведёт с ума.
Вайнер отвернулся.
«Вампир, перешедший на подножный корм? Жалко камеры нет, заснять бы всё это. Сам -то принц понимает, как влип? По-моему, пока нет».
Маг огляделся, кругом девственная чистота природы, от которой захватывает дух. Холмистая почва, покрытая цветущей зеленью, кустами и деревьями. Чистое и голубое, без единого облачка небо, яркое солнце не обжигает, а скорей ласкает и согревает своим теплом. Только сейчас маг обратил внимание на трель птиц и жужжание разных насекомых. Весь мир двенадцатой грани так и продолжает жить в первозданной красоте и чистоте. Не тронутый технологиями, машинами, не изуродованный каменными и железными дорогами и миллионами проводов, окутавших землю как паутинная сеть. Маг вздохнул и, когда вновь повернулся, дёрнулся от неожиданности. Возле берёзы, где сидел вампир, стояли трое молодых оборотней. Янтарные их глаза с вниманием рассматривали мага, мускулистые жилистые тела были обнажены. Из одежды только набедренная повязка. Значит, парни в любой момент готовы к оборотничеству. Различить парней можно было только по цвету и длине волос.
У стоящего слева были чёрные, спускающее с плеч, блестящие как вороново крыло волосы. У второго парня волосы оказались пепельного цвета и чуть короче. А вот у третьего они были тоже чёрными, но чуть не доходили до пояса. Присмотревшись, маг понял, что парень немного старше двух своих дружков. Более сосредоточенный взгляд, и сам чуть шире в плечах, похож чем -то на вождя стаи.
«Скорей всего, его сын».
Молодые люди молчали. Молчал и маг, ожидая дальнейших действий оборотней, лишь бросил мельком взгляд на вампира. «Если б внутренняя вампирская суть не подавлялась браслетом, крутая бы была заварушка. А так сидит наследный принц Вампирии и терзает себя разными мыслями, совершенно не думая, что в другой грани нужно всё время быть настороже».
Вампир вскочил с земли, когда услышал чужой голос.
- Это правда, что рыжая дочь Эйнэра? - спросил тот, что постарше.
- Вы, наверное, те самые парни, с которыми встретилась Зарислава, когда убегала от шамана?
- Ага, - оскалил зубы стоявший в середине.
- Если бы мы знали обо всём, сразу б ему горло перегрызли, - произнёс третий.
- Извините, парни, но сомневаюсь, что у вас бы что -то вышло. Шаман не так беззащитен, как может показаться на первый взгляд. Он продал свою душу, и сейчас перерождается в существо из низшего мира. Будем надеяться, что не из высшего звена.
Альстрейд, услышав слова мага, замер, почувствовал, как холодок страха пробежал вдоль позвоночника. Вампир испугался не за себя, страх за девушку терзал его. «Шаман, скорей всего, демон. Каково сейчас Зариславе? Маленькая, хрупкая, такая ранимая. Если он причинит ей боль, я разорву его на сотню клочков». Вампир прищурил глаза, в которых пробудился инстинкт охотника. В черноте зрачков появлялись и гасли всполохи ярости.