Недовольные жильцы выходили, ворчали, а я ускользал туда, куда должен был уйти ещё утром. В голове была каша, мысли не могли зацепиться ни за одну.
— Дура слепая! — раздался грубый голос. — Своей паранойей чуть не сгубила юношу!
Меня окутал яркий бирюзовый свет, и теплотой разлилось по нутру.
— Он тут околесицу нёс, выглядел как прокажённый, лицо — не разглядеть, лысый череп, одежда вся в грязи… Люди так не выглядят, — оправдывалась старушка.
— Хоть раз видела Порождение греха? — строго спросил незнакомец.
— Ни разу… но мать говорила…
— Да плевать на твою мать! Бери полотенца и одеяла, тащи ко мне в дом, — он повернулся к остальным. — Чего зеваете? Ноги в руки и несите его на стол. Аккуратнее, волосинка отделяет его от загробной жизни.
Даже в таком состоянии я понял, что этот человек — авторитет. Возможно, староста.
Кто-то поднял меня. Боль вспыхнула, и я застонал.
— Это вам не мешок с картошкой, аккуратнее!
Ничего не понимаю… Но как больно, когда тебя пронзают вилами.
Я очнулся на холодном, твёрдом столе, прикрытый тряпками. Атмосфера за окном намекала, что провалялся без сознания около суток.
Рядом сидел хмурый старик с чашкой травяного отвара, поглаживая седую бороду. Его янтарные, проницательные глаза изучали меня.
Кажется, больше не умираю от боли.
— Мальчик, кем будешь? Ты маг? Что за зараза у тебя в голове? — строго спросил он, нахмурив густые брови.
Я посмотрел на окровавленный столик с ножами да жуткой пилой.
Открывать Земную речь расхотелось.
— Почему от тебя пахнет красным светом? Ты был в гнезде или около? — переспросил он на непонятном, теряя терпение.
Старик видел во мне разум, но отсутствие ответа злило его. Я заметил, как свет будто вытягивается из комнаты.
— Говори!! — взревел он, и я упал со стола. — Говори, заклинаю тебя! Где они?! — В его глазах вспыхнуло янтарное пламя, единственное, что я видел в темноте.
Пульс подскочил, я задыхался от запаха ладана.
— М-м-м, — промычал, указывая на север.
— Немой? Странно, — свет вернулся в комнату. Он поднял меня на стол, проверил рану и поводил ладонями над ней.
Он взял посох, украшенный рунной резьбой, символы на котором вспыхнули огнём.
Я заметил серую рясу с оранжевыми полосами, на которых двигались живые символы.
— Если хочешь уцелеть, не выходи из дома и не подходи к окнам! — строго приказал он, выходя из комнаты.
Возникло ощущение, что я привёл беду этим людям.
— Никому не покидать чертогов деревни! Работа отменяется! Женщины и дети — в дома, лучше в подвал! Ясно?
— Колдун, что стряслось? — выкрикнул мужчина.
— Не-не! Заткнись и выполняй! — каркающим голосом произнесла старуха.
Возле больницы появились двое — колдун с пепельными волосами и выцветшими глазами, и молодая женщина, чьи черты было невозможно разглядеть.
— Владыка действительно смог переместить настолько огромный объект из другого мира. Но ты действительно считаешь, что вторая часть пророчества исполнится? — мелодично произнесла она, окидывая мутировавших людей широким жестом.
— Если мы сделаем всё правильно, тогда он станет тем, кем должен стать, — холодно добавил он, доставая из-под рясы флейту.
Практически беззвучная мелодия разжигала тлеющий бардовый свет, заставляя трупы мутировать быстрее, превращаться в нечто зловещее.
Глава 2 Алый рассвет
На некоторое время воцарилось тишина. Даже природа стихла — ни клекота утренних птиц, ни звуков от неугомонных сверчков. В этой оглушающей тишине вспыхнул детский плач. Это произошло настолько неожиданно, что я невольно вздрогнул.
Нет уж… я обязан увидеть это.
Прихватил со стола зубчатый нож и неуверенно пошёл ко входу.
Как только вышел на улицу, местные посмотрели на меня, как на идиота.
Каждый из был огромен и мускулист. Особенно выделялись могучие руки лесорубов, держащие громадные топоры.
— Пришлый, ты чего выполз? Зачем мой отец помогал тебя спасти? Проваливай за порог, — недовольно произнёс молодой блондин, указывая клювом топора на двери, из которых я только что вышел.
Могучий старец разбрасывал по периметру деревни какие-то маленькие дощечки, на которых были изображены причудливые танцующие символы.
Он кинул на меня недовольный взгляд, потом ухмыльнулся и неодобрительно покачал головой.