— Тебе очень идет этот амулет, — произнес он с такой простой и честной интонацией, что я невольно поверила комплименту.
Я коснулась своего нового украшения, ощущая странную пульсацию, словно оно было живым. Теплое, почти горячее — оно быстро приняло температуру моего тела.
— А вот и Эрик, — внезапно сказал Марко, откидываясь на спинку стула. В его тоне проскользнуло что-то, похожее на легкое раздражение или недовольство.
Повернувшись, я увидела знакомую высокую фигуру, приближающуюся к нашему столику. Эрик двигался с нечеловеческой грацией, каждый шаг был словно плавное перетекание. На его лице играла та самая ехидная полуулыбка, от которой мои щеки начали предательски краснеть. Слишком живы были воспоминания о видеозаписи, о моих стонах под влиянием их магии.
Он подошел ближе, и его хриплый, чуть надтреснутый голос заполнил пространство между нами:
— Наша спящая красавица в логове мерзких змей, — он произнес это с насмешливым удивлением, словно не ожидал увидеть меня здесь.
Не дожидаясь приглашения, Эрик опустился на стул рядом со мной, так близко, что я ощущала жар его тела и тонкий, пряный аромат, исходящий от его кожи.
— Марко тебе уже рассказал, что скоро тебе придется стать нашей куклой? — спросил он без предисловий, наклоняясь ближе и пристально глядя на меня своими темными глазами.
— А можно выбирать формулировки поаккуратнее? — я постаралась, чтобы мой голос звучал уверенно и профессионально, хотя внутри все дрожало.
— Вы правы, доктор Лина, — протянул Эрик с наигранным раскаянием. — Лучше завуалированно говорить, учитывая, что скоро вам предстоит испытать нашу любовную магию.
Любовную магию? Два простых слова, произнесенные с такой небрежной интонацией, заставили мое дыхание сбиться. Сердце забилось чаще, а в животе словно распустился горячий узел.
— Что именно подразумевается под этим термином? — спросила я, стараясь звучать как ученый, а не как испуганная женщина.
— Древняя магия нагов многогранна, — вмешался Марко, и в его голосе чувствовалось напряжение. — Одна из её форм связана с усилением эмоциональных и физических связей. В прошлом она использовалась в брачных ритуалах.
— И в постели, — добавил Эрик с ухмылкой. — Не будь таким скромником, Марко. Ты ведь сам не раз применял эти чары.
Между мужчинами повисло странное напряжение. Я переводила взгляд с одного на другого, чувствуя себя яблоком раздора в каком-то древнем противостоянии.
— Эксперимент будет проходить под строгим научным контролем, — продолжил Марко, игнорируя комментарий Эрика. — Мы будем изучать возможность адаптации человеческого организма к магическим воздействиям определенного типа.
— Проще говоря, — перебил его Эрик, — мы проверим, насколько сильно ты можешь... реагировать на нас. И насколько глубокую связь мы сможем установить.
Его взгляд скользнул по моей шее, задержавшись на амулете, и что-то похожее на удивление мелькнуло в его глазах.
— Вижу, Марко уже позаботился о твоей защите, — заметил он, и в его тоне проскользнуло что-то похожее на раздражение.
— Это стандартная процедура, — отрезал Марко.
— Конечно, — протянул Эрик, но в его взгляде читалось сомнение. — В любом случае, послезавтра в девять вечера. Приходи... подготовленной.
Второй эксперимент
Второй эксперимент и снова ночью. Я шла по безлюдным дорожкам научного кампуса, а внутри всё скручивалось в тугой узел.
Ночь обволакивала корпуса лабораторий бархатной темнотой, а редкие фонари бросали желтоватые круги света на асфальт.
Как же хотелось просто развернуться и бежать, бежать до портала, чтобы прыгнуть в неизвестную локацию и просто исчезнуть...
— Как школьница, — пробормотала я, глубоко выдыхая прохладный воздух. Мои пальцы непроизвольно сжали лямку сумки.
Сбежать было бы слабостью, а я выше этого. Именно поэтому я снова здесь, в Исследовательском центре, где меня ждут тишина пустых коридоров и одиночество в компании двух нагов. Один — спокойный как горное озеро и такой же глубокий, неразгаданный. Второй — опасный и ядовитый, словно экзотическая рептилия, всегда готовая к броску.
— Лина!
Голос, раздавшийся позади, заставил меня вздрогнуть.
«Вот черт», — мелькнуло в голове, хотя я уже знала, кого увижу, обернувшись. Его силуэт проступил из темноты — стройный, хищный, уверенный.