Профессор Адриани понимающе кивнул и сообщил, что будет ждать нас в экипаже за углом. Дождавшись, когда он скроется из виду, я схватил ее за шкирки и прижал к стене посольства.
— Ненормальная дура, что вы наделали?!? Вы хоть понимаете.
Лидия даже не пыталась сопротивляться, ее взгляд опять был пустым и пугающим. Она смотрела мимо меня и медленно выговорила, едва шевеля запекшимися губами:
— Красавица-княжна Юлия… и мужественный благородный вояг Густав… Какая милая парочка…
— Какое вам до них дело, подумайте лучше, что вы натворили! — я в отчаянии встряхнул ее, но она меня, похоже, не слышала.
— … О да, их свадьба станет самым запоминающимся событием в столичной жизни… — на лице Лидии появился злобный оскал, от которого мороз пошел по коже. — Да, именно так… Я все для этого сделаю… О ней нескоро забудут… Они поженятся здесь… И только смерть разлучит их…
— Господи, что за ревнивая блажь опять засела в вашей пустой голове! — я попытался постучать по ее лысой макушке, но Лидия неожиданно резко отпрянула и перехватила мою руку, очень больно сжав ее в запястье. Зато теперь ее взгляд сфокусировался на мне.
— А вы, господин инквизитор, неблагодарная зараза! Я спасла вашу задницу, могли бы поблагодарить!..
— А я вас об этом не просил. Зачем, ну зачем? — я не смог сдержать горестного стона, глядя на ее страшную посиневшую голову. — Зачем вы это сделали с собой?
Я попытался провести рукой по лысой макушке, но Лидия опять уклонилась.
— Что, теперь я вам вдвойне противна? Но вам все-таки придется поцеловать меня…
— Вы сдурели? Вы хоть понимаете, что вам грозит за то, что вы выдали себя за инквизитора? Это преступление против веры! Стоит маш-уну или послу встретиться с настоящей Нишкой, и вам конец! И мне тоже… Надеюсь, у вас хватит ума не щеголять лысой головой и надеть парик.
— Чересчур большое у вас самомнение, — развязно фыркнула Лидия. — Хотя с таким-то достоинством можете себе позволить. Но все же, поверьте, ваши прелести не настолько бесценны, чтобы ради них лишаться волос.
Пока я возмущенно пытался придумать что-нибудь в ответ, Лидия устало вздохнула и поддела себя под ухом. Под моим изумленным взором она стянула с себя отвратительного вида кожаную шапочку, отлепила восковые нашлепки и встряхнула рассыпавшейся по плечам копной волос. Я не сдержался и провел рукой по ее локонам, не веря своим глазам.
— Как так?..
— Мокрый бычий пузырь, немного воска и краски, ловкость рук и никакого мошенничества. Так где мое спасибо?
— Я… я благодарен вам, но вы же понимаете, что это не решает вопроса. Если кто-нибудь…
— Ваше спасибо в карман не положишь, и к губам не приложишь, — плотоядно ухмыльнулась Лидия, привстала на цыпочки и обвила мою шею руками. Ее лицо оказалось совсем близко, и у меня не хватило мужества ее оттолкнуть. Я застыл столбом.
— Вы нарушили обещание. Вы не уехали в монастырь. Вы не смолчали при разговоре. Вы…
— Я не обещала вам уехать в монастырь. Я обещала заняться вашей похищенной реликвией, — когда она говорила, ее дыхание смущало горько-сладким теплом, а губы едва касались моей щеки. — И я ею займусь, но позже. И молчать я вам не обещала, это вы мне кое-что пообещали… И я хочу получить обещанное.
— Где мальчишка-слуга? — выдохнул я, придерживая ее за талию и тщетно пытаясь отодвинуть от себя.
— Пусть вас это не беспокоит… — наши уста разделяло всего ничего, и я предпринял еще одну попытку.
— Я был в "Золотой лисице". Вам интересно, чем обедал Гук Чин перед смертью?
— Нет, — выдохнула Лидия и прильнула к моим губам.
Меня словно парализовало. Я стиснул губы, не в силах признаться даже самому себе, насколько сильно хочу ответить на этот жадный поцелуй и дразнящий язычок. Лидия чуть отстранилась, как будто что-то почуяв, и прошептала, не сводя с меня сияющих глаз:
— Вы обещали поцеловать, а даже не разомкнули губ. Так не годится… Не засчитано, господин инк…
Я запустил руки в золото волос и притянул ее голову к себе, наплевав на все сомнения. Мне показалось, что я до сих пор чувствую сладость рисового печенья на ее губах, их жадный отклик, оглушительное биение собственного сердца в висках и захлестнувшую меня отчаянную беспомощность. Когда дыхания уже не хватало, я просто уткнул ее голову себе в плечо, продолжая сжимать Лидию в объятиях.
— … визитор… Все равно не засчитано, — упрямо продолжила она, а я уставился поверх ее головы, ничего не видя. — Вы не умеет целоваться, вы знаете? Вам надо больше практиковаться. Но ничего, это поправимо, я думаю, что в следующий раз…