— Да послушайте же меня! — взмолилась Гермиона. — Ведь всё сходится! С чего мы вообще решили, что это проклятие? Потому что так нам сказал Гарри в ту ночь, когда он впервые появился в Хогвартсе! Но Гарри не видел, как его прокляли. А как вы только что сами заметили, директор, проклясть кого-то без визуального контакта по силам разве что очень могущественному волшебнику! Но Смит никогда выдающимся волшебником не был, он не демонстрировал особых талантов ни в заклинаниях, ни в трансфигурации. А вот для того, чтобы отравить кого-то ядом, используя чужие протеевы чары, ни смелости, ни особых талантов не нужно. Всё это время я не думала о зельях только потому, что Гарри сказал, что ничего не пил, но ведь существует огромное количество зелий, которыми можно отравиться тактильно. Достаточно, к примеру, положить собственный галлеон в стакан с ядом, и он будет непрерывно передавать отраву через протеевы чары всем связанным с ним монетам. Когда заразился Невилл, мадам Помфри сказала очень важную фразу: «Несмотря на то, что это проклятие — оно сконцентрировано у них в крови». Меня удивили её слова, но тогда я не придала им особого значения, и совершенно напрасно. Ведь когда на кого-то накладывают проклятие, обычно бывает проклят сам человек, а не его кровь. А вот с зельем дело обстоит как раз наоборот — любое зелье, и прежде всего яд, концентрируется именно в крови пострадавшего.
Мадам Помфри кивнула, соглашаясь с Гермионой, и та торопливо продолжила, обрадованная её невольной поддержкой:
— Ни профессор Снейп, ни профессор Флитвик никогда не слышали о проклятии со схожими симптомами, что, учитывая их огромный опыт, уже само по себе довольно странно, а вот зелье, пускай лишь упомянутое в легендах, когда-то всё же существовало. Что, если среди конфискованного у Пожирателей Смерти имущества был рецепт Змеиного зелья, веками хранившийся в чьей-то чистокровной семье? Смит вполне мог узнать об этом из аврорских отчетов. Все эти дни, находясь в Больничном Крыле, Гарри постоянно брал в руки свои четки, зелье через кожу попадало к нему в кровь и отравляло его. Потом он принимал лекарство и засыпал. Благодаря частичному иммунитету его организм подавлял яд и восстанавливался, ему становилось лучше, концентрация яда в крови уменьшалась, и на утро мы видели, что чешуя бледнела, а жар спадал, но стоило Гарри вновь взять в руки зачарованный галлеон, как всё повторялось. Я видела эти чётки много раз, но никогда не прикасалась к ним, поэтому и не заразилась. В тот день, когда Невилл заболел, он приходил навестить Гарри и принес ему листья скабиеса. Они провели вместе целый час, и Лонгботтом сказал мне, что они разговаривали об ОД. Бедный Невилл всегда был самым сентиментальным из нас, на шестом курсе он и Луна были единственными из Отряда Дамблдора, кто всё время носил фальшивые галлеоны с собой. Кроме того, Невилл использовал эти зачарованные монеты на седьмом курсе, когда организовал сопротивление. Уверена, он до сих пор хранит свою монету где-то у себя в комнате. Вероятно, вернувшись из Больничного крыла, Невилл достал галлеон и какое-то время держал его в руках. Вот почему из всех нас, контактировавших с Гарри, Невилл оказался единственным заболевшим. Его заразил не Гарри, его отравила монета.
— Запах, — внезапно перебивая Гермиону, воскликнул Снейп. — В тот день, когда Поттер пришел в Хогвартс и я осматривал его на диване в гостиной мисс Грейнджер, я почувствовал странный запах. Болотница и чреводрей — странное сочетание трав! Они нечасто используются вместе. Как правило, их применяют лишь для того, чтобы стабилизировать в зелье высокую концентрацию ингредиентов животного происхождения — драконье сердце или…
— Или змеиную кровь, — эхом отозвалась Гермиона.
Она отчетливо вспомнила, как Снейп странно втягивал носом воздух, когда приближался к лежащему на диване Гарри. Опытный зельевар, он уже тогда почувствовал неладное.
— Где ваша монета, мисс Грейнджер? — быстро спросил профессор с таким странным выражением, словно действительно ожидал, что всё это время она носила зачарованный галлеон в кармане мантии.
— Понятия не имею, — честно призналась Гермиона.
Сейчас она не могла бы сказать, хорошо ли это, по мнению Снейпа, или плохо.
— Какое счастье, что вы не сентиментальны! — с непередаваемой концентрацией язвительности отозвался Снейп. — У кого ещё могли сохраниться монеты?
— Не знаю, скорее всего, у Луны, но, возможно, и у других членов ОД — у Джинни или у Рона, именно поэтому я хотела немедленно отправить сов, чтобы предупредить всех об опасности.
— Что это за зелье такое, о котором вы все сейчас говорите? — спросила директор.
— Змеиное зелье, — ответила Гермиона, — профессор Снейп, рассказал, что существует легенда о том, что Салазар Слизерин создал зелье, чтобы изучать парселтанг. Выпивая это зелье, он превращался в змею, а приняв противоядие — вновь становился человеком. В книге, где говорилось об этой легенде, был изображён мужчина, кожа которого была наполовину покрыта чешуей, а наполовину оставалась человеческой, так же как у Гарри и Невилла.
— Хорошо,— сказала МакГонагалл, обдумывая услышанное в течение нескольких секунд и наконец принимая решение. — Поступим следующим образом.
Она быстро призвала из кабинета мадам Помфри пергамент, перо и чернильницу и протянула их Гермионе.
— Сейчас вы напишете мне список всех членов ОД, и мы с Хагридом немедленно разошлем сов с предупреждениями и просьбой вернуть сохранившиеся галлеоны в Хогвартс. Поппи, ты отыщешь Помону, и вы вместе осмотрите комнаты Невилла. Нужно найти этот фальшивый галлеон и принести его в лабораторию профессора Снейпа.
— Северус, — Минерва кончиком палочки осторожно подцепила чётки Поттера, забирая их у Гермионы, и повернулась к профессору, — ты знаешь, что с этим делать.
Достав из кармана мантии пробирку и при помощи заклинания увеличив её до размеров большого стакана, Снейп аккуратно положил чётки внутрь. Склонившись над стаканом, он несколько раз втянул носом воздух и утвердительно кивнул МакГонагалл.
— Что ж, в таком случае вы, мисс Грейнджер, немедленно вернетесь ко мне в кабинет и ещё раз внимательно просмотрите бумаги, полученные от Кингсли. Возможно, вам удастся найти какое-нибудь упоминание о самом зелье или книгах, в которых мог содержаться его рецепт. Шансов немного, но всё же…
— Мне нужно, чтобы вы отправили ещё одно письмо, директор, — Снейп взял свиток пергамента, быстро написал на нем нёсколько слов, адрес и передал письмо директору. МакГонагалл прочитала имя и удивленно подняла на Снейпа глаза.
— Кое-что я всё же увидел в сознании Поттера, — объяснил Северус, — и теперь у меня есть вопросы, на которые может ответить только он. Уверен, он не откажется приехать в Хогвартс.
МакГонагалл кивнула и убрала письмо в карман мантии.
— Список готов?
Гермиона протянула директору лист пергамента, на котором было написано двадцать восемь фамилий.
*
Гермиона вышла в коридор, намереваясь подняться в кабинет директора, но прежде, чем она успела добраться до первого лестничного пролета, её нагнал Снейп.
Его стремительная летящая походка была одним из тех жутковатых кошмаров, что постоянно преследовали её в школьные годы. Нарушая правила, она всегда до ужаса боялась попасться.
— Вы пойдете со мной, — произнес профессор не терпящим возражения тоном, лишь на секунду замедляя шаг.