– Зачем?
– Он хотел изнасиловать меня, и я его сожрала, – произнесла спокойно, безэмоционально.
– Ты врёшь, Вика, – прервал меня Ратигор. – Этот новенький из леса рассказал, что произошло. Ты поглотила парня, чтобы грех убийства не упал на Радмира?
– И что? – съязвила ему в ответ.
– Идём, – скомандовал Полоз. – А то там что-то уже сильно разорались.
Вид Ратигора, как обычно, был скучающим. Его мысли будто не здесь, он размышлял о чём-то ином. Вяло переступая с ноги на ногу, следовал за своим Повелителем и по совместительству дядей.
Подойдя чуть ближе, мы увидели толпу и заброшенный кирпичный дом.
– Неподалёку должны быть люди? – кинула я Полозу.
– Не думаю.
В свете фонариков показались из чащи Радмир и Зоя. Я с силой сжала челюсть, закусив губу почти до крови.
“Да что ей надо теперь и от него?”
– Миша! Он там! Я уверена! – вновь переключил меня крик Вали на себя. Я повернулась на шум. Подскочив к двери здания, она ударила по ней, начав колотить.
– Перестань! – прорычал Славик и отдёрнул её.
Мы приблизились к группе. Они заметно испугались от неожиданности, заметив нас. С другой стороны подключились незнакомец с черноволосой девчонкой. Внезапно Даша кинулась с места, прижавшись к Владыке. Я отпрянула от такой наглости. Глаза удивлённо раскрылись, бесконтрольно моргая.
– Валя сходит с ума! – завопила она.
“Что за чушь происходит?”
Правитель сам выглядел растерянным от происходящего, хоть и старался не подавать вида.
– Миша! – вопила Валя. Подхватив её на руки, Слава понёс выбивающуюся из его хватки бедняжку в лагерь.
Полоз кивнул, приказывая идти следом. Он взял Дашу за кисть и повёл к палаткам. Я с силой стиснула зубы, видя его не наигранную заботу. Меня затрясло, а губы сжались. Змей повернулся ко мне, показывая глазами на Радмира. Сжав пальцы в кулак, прорычала:
– Поняла.
Все пошли к костру, оставив нас с избранным стоять, будто истуканов.
– Опять ты, – прошипела на него. – Не нашёл выход? – язвлю, прищурив взгляд.
– Стараюсь быть подальше от тебя, но ты как моль.
– Чего? – возмутилась.
– Пожираешь мой мозг изнутри, – без стеснения заявил он.
– Неглерия Фоулера, – выплюнула я.
– Ты на каком языке говоришь?
– Чурбан, – не глядя, бросила, следуя по направлению к лагерю. Мужчина цыкнул и двинулся за мной.
Густой лес наседал, а проникающий сквозь него ледяной ветерок пробирал до костей.
– Объясни! – проревел тот позади.
– От вида моли зависит, что она ест: от пшена до хлопка.
– Это была метафора, – перебил меня наглец. – Если вдруг не поняла.
– Поняла, – безэмоционально сказала идущему следом. – Но ты Неглерия Фоулера.
Внезапно сильная рука схватила мою кисть и потянула на себя. Я вскрикнула, поддавшись назад. Обернувшись, встала напротив него, задрав голову, чтобы посмотреть в обжигающие карие глаза.
– Пусти! – закричала на него. – Хам!
– Объясни! – рычал, сжимая моё запястье жестче.
– Именно эта одноклеточная поедает мозг человека и убивает его, – выкрикнула, попытавшись вырваться. Размахнувшись, хотела ударить нахала по лицу, но он перехватил мою вторую руку. – Отпусти!
– Самая умная? – шипел он на меня.
– Умнее тебя буду! – снова дёрнулась я.
Смерив гневным взором, Радмир процедил:
– Не попадайся на моём пути!
– Аналогично! – огрызнулась, выбравшись из крепкой хватки.
Толкнув ветки перед собой, пошла через кустарники к лагерю, царапая оголённые участки кожи.
Впереди показался костёр. Около него сидели люди, глядя на речное течение. Звук воды словно погружал в транс. Из-за горизонта поднималось солнце, озаряя своим тёплыми лучами. На руках Даши спала Валя, укрытая одеялом. Рядом Рома ломал прутья.
– Где остальные? – спросила я.