Парнишка продолжал есть бутерброд, косо поглядывая на женский пол.
– Вика, – обратил на себя моё внимание Петя. – А ты не хочешь уважить парня? Пожалей несчастного.
Я взглянула на Гошу. Он мгновенно побагровел от злости, но сдерживал себя, заедая стресс едой.
– Думаю, Радмир будет не рад, – улыбнулась, попытавшись сделать беззаботный вид.
– Я и забыл, что у тебя есть он. Но всё ещё помню про время, которое ты обещала мне.
Мой слух привлёк странный смех. Позабыв про разговор и людей, повернулась в сторону лесной гущи и приблизилась к ней. Этот звук словно разносил ветер. Я шагнула в лес, пытаясь найти источник. Обернувшись, хотела спросить у друзей, но рядом никого не оказалось, только группа ребят. Детский звонкий хохот разносился между стволов и шуршания листвы.
– Поиграй со мной...
Я ступила дальше, следуя на этот призыв. По позвоночнику прошёл мороз, в голове появилась паника, что мы заключили в петлю невинного ребёнка. Голос малышки увеличивался. Смех был повсюду, он словно был внутри меня, будоража сознание.
– Поиграй! Поиграй со мной!
Я уже не видела лагеря, даже знакомой тропы. Конечности дрожали, дыхание сбивалось.
“Кто ты? Что происходит?”
Только я хотела повернуть обратно и позвать Полоза, как передо мной возникла девочка. Я дрогнула, сделав шаг назад. Малышка лет пяти с двумя каштановыми хвостиками разглядывала меня своими белыми, словно снег, очами. На ней было надето розовое платье, украшенное молочными кружевами, на ногах гольфы и светлые ботиночки. Она казалась настолько реальной, настоящей.
– Ты потерялась?
Она протянула мне мячик и вновь произнесла:
– Поиграй со мной.
Но я стояла в ступоре, не имея сил пошевелиться. Человеческий ребёнок в лесу, в петле. Как такое возможно?
– Как тебя зовут? – сквозь плотно сжатое горло прошептала я.
– Ты не хочешь со мной играть? – девичьи глаза наполнились влагой. Она надула губы, аккуратный носик стал поддёргиваться. Пронзительный крик пробрал до самых кончиков пальцев. С воплем малышка кинулась на меня. Я вскрикнула, отвернувшись. Белёсый дым ударил, растворившись в воздухе.
Я открыла глаза, но девочки рядом не было. Еле сглотнув, попятилась назад. Дыхание затруднялось, мне не хватало воздуха. Мысли путались. Что есть мочи рванула с места по направлению к лагерю.
Забежав в городок с палатками, наткнулась на отдыхающих ребят. Они вновь пили, курили и танцевали, полностью отдаваясь своему отдыху.
Я начала осматриваться, но Змеев нигде не обнаружила. Меня окатила паника. Я ощущала себя в клетке с тиграми. Дышать стало трудно, конечности брал тремор.
Внезапно чья-то рука упала на мою согнутую спину. Я вздрогнула. Обернувшись, увидела Яру. Кинувшись к ней в объятия, прошептала:
– Где все?
– Ушли собирать дрова. Да и Полоз хочет о чём-то поговорить с Радмиром. – Прищурившись, она обеспокоено спросила. – Что с тобой? На тебе лица нет.
– Что произошло?! – подбежала Алина. Она задыхалась от испуга, глядя на меня.
– Ненавижу, когда нечисть выходит с нами вместе…
– Столкнулась с кем-то?
– Да, – произнесла, стараясь прийти в себя. – Не бери в голову.
На горизонте появились парни. Новенький щебетал вокруг Царя, словно шавка, пытаясь ему угодить во всём. Стало от этого даже мерзко. Рядом с ним шёл Радмир, они о чём-то спокойно беседовали. Алина дёрнулась к ним, но Яра сразу перехватила её локоть.
– Ты человек. Не лезь в дела мёртвых.
Та скукожилась, состроив недовольную мину.
Я сразу подошла к ним, желая узнать ответ на вопрос, который тревожил меня.
– Доброе утро, – поздоровался со мной Летавец.
– И вам доброе утро.
– Не нашёл тебя, когда вышел из палатки.
– Тут... – хотела я рассказать, потом очнулась, посчитав это неважным. – Полоз, расскажи уже, почему Радмир нашёл браслет, хотя я в прошлом человек. Только же истинному Змею может быть дана пара. Ты знаешь?