Я крутилась вместе с фонарём. Глаза уже болели от напряжения. Неожиданно послышался странный приглушённый гул. Кто-то словно завывал. Я сжала его руку ещё сильнее. По телу прошёл мороз, словно меня окатили с ушата холодной водой. Зазвучал тихий детский смех, он проносился между стволов. Парень дрогнул, стиснув мою кисть.
– Ты слышишь? – спросил он, немного заикаясь.
Я отрицательно мотала головой, судорожно оглядываясь вокруг.
“Они все мертвы. Это всего лишь нечисть... ” – уговаривала себя, трясясь, словно осенний лист. Детский смех приближался.
Вдруг раздался стук, будто мячик били о землю. Весёлый хохот становился чётче и громче. Парнишка остолбенел. Я убрала кисть из его пальцев и стала крутить головой.
Впереди показались две фигуры: маленькая девочка, которую я уже видела ранее, играла в мяч, бросая его об землю, и безобразная старуха с зашитым ртом. В её глазницах тускло поблескивали старые обшарпанные монеты. Свет от фонаря прошёл по её рваной одежде и сморщенным рукам, в пальцах она держала клюку.
Мужчина захотел закричать, но не смог. Он застыл от ужаса.
Внезапно старушка испарилась в чёрной дымке. А девчонка игриво начала кружить.
Передо мной встала пелена, разум затуманился, к глотке подступал ком, норовя вот-вот вырваться. Малявка продолжала кружить, похихикивая.
Неожиданно что-то схватило меня за волосы и потянуло. Я завопила, взявшись за чью-то кисть. Павлик заорал, промчавшись прочь. Чья-то сильная хватка держала меня, словно желала содрать скальп.
– Не смей забирать его! – Услышала хрип мерзкой старухи в своих мыслях. Выбравшись из её "оков", оставила у неё клок своих рыжих волос. Я обернулась на неё, посмотрев на зашитый рот, из которого вытекала смоляная жидкость.
Дыхание сбивалось. Адреналин стучал в голове. Мне хотелось бежать, но конечности не слушались меня.
Девичий звонкий смех затих. Бабка растворилась в дыму, словно её никогда и не было. Тело охватила судорога. Меня пробирала крупная дробь, от чего я вздрагивала. Ноги подкашивались. Не выдержав, согнулась пополам, выблевав ужин, который принимала некоторое время назад.
Впереди послышались шаги и проблески фонаря. Сделав неуверенный шаг, после второй и третий, облокотилась на дерево. Не имея сил устоять, упала на колени.
Передо мной появились ботинки. Большие руки обняли меня. И я услышала голос Трислава:
– Царь поступил жёстко. – Я вцепилась в футболку парня. Слёзы полились по моим щекам. – Уяснила урок, который он хотел преподать тебе?
– Не вступаться за людей? – выдавила из себя. – Они всё равно предадут?
– Именно.
– Но я не верю... Не верю, что все люди такие.
– Змеи должны быть только друг за друга. Запомни это навсегда.
Он помог мне встать на ноги и идти. Мы вышли на поляну с палатками. Люди вопили, в суматохе собирая вещи. Ратигор делал вид, что помогал им. Сбежавший парнишка находился около своей сестры. Я бросила презрительный взгляд на него, но тот даже не обернулся.
У костра сидел Радмир, а рядом с ним Полоз. Летавец кидал в огонь сухие ветки. Яра и Алина стояли в стороне, о чём-то беседуя. Я села на бревно у костра. Радмир сразу поднял на меня взор, губы его дрожали, а ноздри раздулись.
– Получила урок? – произнёс Полоз.
– Знаешь, он был очень... – Я с силой зажмурилась. – Действенным.
– С тобой всё хорошо? – спросил суженный. Я сразу открыла веки и врезалась в его беспокойный взгляд.
– Здесь очень много нечисти.
– Кто-то выпустил её, – отрезал Владыка.
– Не могла она сама выбраться? – уточнила, пытаясь успокоить рвущееся наружу сердце. Радмир протянул мне стакан с водой.
– Нет! Так много выйти не могло.
Я выпила всё залпом. Летавец помог мне встать. Я привела себя в порядок, почистила зубы и легла к себе. Мужчина лёг рядом, обняв меня. Я вжалась носом в его широкую грудь.
– Я видела бабку в лесу. – Парень от чего-то дрогнул. – Что такое? – Подняла на него глаза.