– Вы издевались надо мной, теперь будете платить за это!
– Давай я это сделаю, – с сильным акцентом произнёс белобрысый. – Это же инцест.
– Говорят, что инцест - это дело семейное. – Гоша снова пихнул в спину Владу, приставив дуло к её голове. – Давай! – Юноша от безысходности взял девушку за лицо и коснулся её уст своими. Тут же убрав, вытер ладонью губы. – Видишь! Ничего сложного. Но теперь устанавливаем правило: десять секунд.
Парень показал на новенького Змея Желода. Тот сразу прокрутил бутылку и горлышко показало на Владу. Она радостно завизжала, кинувшись к нему. Он завладел её устами в страстном и требовательном поцелуе, проскальзывая в рот извилистым языком. Когда тот отстранился, девчонка игриво взглянула на него и села обратно.
Георгий ткнул в меня пальцем и проорал:
– Крути!
Внезапно раздался выстрел, девочки завизжали. Я дёрнулась, встав в ступор. Всё тело онемело. Я опять видела Пашу, брата Яры, его злые глаза, которые прожигали меня до костей. По щеке покатилась слеза, дыхание спёрло. Я ощущала, что всё темнеет вокруг.
– Крути!
Упав на колени перед злосчастным сосудом, прокрутила его. Горлышко указало на Ратигора. Он злорадно оскалился.
– Я не хочу, – прошептала, сжимая край футболки цепкими пальцами. – Пожалуйста.
Я словно вновь в том времени и слышала вопль Яры:
– Откуда у тебя пистолет?! Ты! Психопат!
– Если она не моя, то и ничья больше! – плюнул Паша сквозь плотно сжатые зубы. Его тело сотрясалось от злости, ноздри раздулись, глаза налиты кровью.
Он выпрямил руку и направил на Яру пистолет.
– Это всё ты! Ты её подговорила! – кричал Павел. Рана в груди жгла. Я ощущала дрожащие ладони Ратигора. Его объятия. Он что-то шептал, не в силах двинуться с места.
– Забери её, пока она жива! – услышала голос Полоза. Мне хотелось безумно спать. Дальше была лишь пустота.
Опять воспоминания накатили на меня. Слёзы не переставали течь. Ратигор подошёл ко мне и сел рядом. Я даже не смела взглянуть на Радмира. Не могла поднять голову. Змей положил ладонь на мою щеку.
Внезапно разразился рык Летавца:
– Это было весело, но пора заканчивать!
Я повернулась на него. Мужчина вскочил со своего места.
– Сядь, – прошипел царь Змеев.
– Ждёшь, когда твоя жена будет целовать другого? – прохрипел тот в ответ.
– А ну сел! – заорал толстяк, содрогаясь от злости. Я видела, как палец на курке колебался.
Подскочив, встала перед Радмиром, с силой зажмурившись. Раздался выстрел, но я ничего не ощутила. Открыв веки, изумилась от того, как Летавец ударил по кисти парня и выхватил оружие, нацелив его на обезумевшего. Тот дрожал, немного постанывая от страха.
– Радмир, – разочарованно выдохнул Полоз. – Так было проще вытащить грехи.
– Грехи? – зашептал юноша с акцентом.
– Завались! – прорычал суженый, тыча дулом и не оборачиваясь на Царя Змеев. – Его надо связать и привязать к дереву.
– Он сожрал Милану... – еле слышно вымолвила я. Все кинули на меня непонимающий взгляд. – Её тело в лесу... Я сама видела.
Гоша дёрнулся, желая убежать, но неожиданно прозвучал выстрел. Тот схватился за ногу.
– Лежать!
– Радмир, – произнёс Владыка. – Тебе надо учиться выдержке. Ты, точно, как отец.
Пухлый парнишка выл и ревел, держась за рану. Поднялся крик. Люди вскочили, начав суетиться.
– Яра, надо его перевязать, – проговорил её муж.
Я подошла на ватных ногах к Радмиру. Протянув руку, забрала пистолет. Он смотрел на меня остервенелыми глазами. Каждая его мышца на лице вздрагивала.
– Откуда у него вообще был пистолет? – внезапно услышала Владу.
Я начала осматриваться, а затем спросила:
– А где Трислав? – Все пожали плечами. – Где Трислав!?
Полоз огляделся по сторонам. Его зубы сжались.
– Расходимся и ищем его. Вика, с тобой пойдёт Радмир.
Подойдя к Царю, вложила ему в руку оружие.