Глава 41 Венок
Открыв дверь, я ещё раз бросила на Радмира игривый взгляд и направилась обратно в зал омовения.
Зайдя в помещение, никого не обнаружила, кроме Яры. Она хмуро смотрела на меня, сложив руки на груди. Моя подруга изменилась с того времени, когда была человеком. Когда-то милая и светлая девочка уже больше походила на сурового Полоза, только в женском обличье. Сверля меня глазами, та, недовольно морщась, пробурчала:
– Ты долго. Выяснила, что хотела?
– Да, – спешно проговорила я, подбегая к ней. – Одна Змея желала, чтобы Радмир её поимел.
– Нормальное явление. – Царица заметно расслабилась. – И что он?
– Он решил остановить церемонию и выйти.
Подойдя к водоёму, села и опустила ступни на прохладную гладь.
– И кто выполнил обряд? – Девушка присела позади меня, начав проходить по моим спутанным рыжим локонам гребнем.
– Я, – горделиво отметила этот факт.
– Надеюсь, что только расчесала, – наставляла жена Царя.
– Секса не было, – отмахнулась я.
– Точно?
– Ну... – прихихикнула в ответ. – Проникновения не было.
Подруга отложила гребень и указала куда-то в сторону. Я сразу повернула голову в этом направлении и увидела лежащие возле нас цветы различной формы и окраса.
– Яра, я не знаю, что они означают, – разочарованно фыркнула я.
– Ты же была у меня на церемонии и ещё на десятках других, – с большим раздражением прошипела она.
– Думаешь, что я запомнила? Это ты у нас отличница, а я, как ты помнишь, никогда не могла учиться.
– Ладно, – вздохнула Яра. – В венок, который будешь плести для Радмира, ты должна вложить все свои мысли, которые бы желала ему сказать. И сделаешь ты это через цветы. А в свой то, что ты хотела бы получить с его стороны. – Она показала на первое растение. – Это цветок Анемона, означает "предвкушение". Это связано с тем, что цветы анемона закрываются ночью и снова открываются утром. – Я отложила несколько на оба венка. – Фиалка - верность и добродетель. – Я взяла по одной. – Мало чего-то ты взяла.
– Сегодня убедилась, что он будет мне верен.
– Камыш - покорность. – Я подняла веточку и вложила себе в венок. – Серьёзно, Вика? Ты и покорность?
– Ты бы знала, как он сексуально меня наказывает за неповиновение. Ему хочется подчиняться. – Я плотоядно ухмыльнулась, кинув на Яру игривый взгляд. – Хотя я помню, что ты не брала его.
Яра словно вспомнила то время и от умиления улыбнулась. Я знаю, в этот момент в её мыслях появилась Драга. Хоть они и не ладили, но Царица была благодарна ей за помощь на церемонии и за спасение жизни. – Лён - символ дома, домашний уют, быт, – уже грустнее рассказывала девушка, словно припоминая наставление старой соперницы. – Я взяла лён в оба венка. – Виноградные листья... Ими ты как бы говоришь ему "давай уединимся". – Я захихикала, отрицательно махнула головой и не стала брать их. – Почему нет?
– Он и так меня возьмёт силой. Мне не надо намекать.
– Примула: "Ты мне нужен", "Хочу на тебе жениться. Ноготки - ум, ревность. Этот цветок дарит хорошее настроение и весёлость, его также называют "невеста солнца", так как он поворачивается за солнцем. Незабудка - настоящая любовь. Астра белая - "Я люблю тебя больше, чем ты меня". – Я не прикоснулась ни к одному растению из тех, которые называла подруга. – В чём дело, Вика? – Не понимала она.
Дверь раскрылась, и зал начал наполняться Змеями.
– Не хочу ему об этом говорить. И в свой не хочу.
– Вика, – уже тише зашипела Яра, оглядываясь на пришедших. – Надо взять какие-нибудь цветы. Из одних фиалок и анемон не сделаешь венок.
– Давай дальше, – отмахнулась от неё.
– Анютины глазки - счастье, веселье, нежность: "Я приворожу тебя!" Амарант — символ бессмертия, веры, верности, постоянства в любви. – Я взяла два последних цветка и принялась плести из них венки для себя и Радмира. – И что ты этим венком ему скажешь? Он тоже должен прочитать по нему твои мысли, – недовольно пробурчала девушка.
– Он и так знает мои мысли. Зачем ему что-то по цветам читать. Тем более это же Радмир, он ничего "читать" не будет.
– Да, Радмир такой, – усмехнулась Яра. – Он не будет.
Для меня это должен был быть самый лучший день в жизни, самый запоминающийся, но что-то меня всё равно беспокоило.