– Разумеется, капитан. Но, если они соберутся пленить нас, я поступлю как честный человек и укажу на вас как на одного из величайших морских разбойников, за голову которого можно получить, куда большую награду, чем цена шести рабов. Надеюсь, они не лишены алчности, – отвечал Мал.
– Звание «величайший» мне льстит, – откликнулся капитан.
Всадники приближались к оазису. Лошади заметно ускорили ход в надежде на отдых и сытную зеленую траву. Христиане в боевых доспехах с нашитыми красными крестами были измучены солнечными лучами не меньше лошадей, но не погоняли их, а покачивались в седлах в ожидании столь желанной встречи с прохладой. Когда отряд крестоносцев и следующие за ним повозки стали постепенно останавливаться, к выстроившимся в ряд спутникам подъехал рыцарь. Его взгляд остановился на Мале. Рыцарь склонил голову и назвал свое имя:
– Барон Филипп де Монфор.
В ответ он услышал:
– Принц Мал.
Капитана принц отрекомендовал испанским аристократом. Оцеано также склонил голову в знак приветствия. В его поклоне было нечто презрительное. Мал вспомнил, что капитан не любит французов.
Филипп распорядился устроить обед. Всадники спустились с коней и принялись расставлять шатры. Там появились обеденные столы, а на них копченое мясо, хлеб и вино. Когда Мал был готов сесть за стол рядом с бароном, где-то поблизости раздался крик. Принц узнал голос Ву и выбежал из шатра. Вслед за ним вышел и Филипп. Оруженосцы жестоко избивали слугу-мусульманина. Мал потребовал, чтобы они остановились, но те явно намеревались забить Ву до смерти. Филипп приказал прекратить драку. Его не посмели ослушаться.
За обедом принц расспрашивал рыцаря о ходе войны. Тот рассказал ему, что явного перевеса крестоносцам добиться так и не удалось. Рыцарей, ступивших на святую землю двадцать один год назад, либо нет в живых, либо они уже так немощны, что не в силах поднять меч:
– Что делать? Христиане гибнут, умирают от болезней и становятся предателями. Всё больше людей превращают поход в погоню за добычей. Мусульмане же с каждым годом накапливают силу ненависти.
– Но что ищут христиане в стране фараонов? – спросил Мал.
– Мы – пилигримы и пришли сюда, чтобы совершить паломничество. Как гласит легенда отца Иллариона, Христос побывал в египетских пирамидах четыре раза. Это произошло на седьмом, четырнадцатом, двадцать первом и двадцать восьмом годах жизни. Каждый раз местом его пребывания становилась зала в одной из пирамид. Поиски священной обители ведутся много сотен лет. Отцы церкви разделились на тех, кто считает легенду вымыслом и тех, кто верит отцу Иллариону. Цель нашего похода в Египет – найти святое место. На того, кто обнаружит его, снизойдет великая благодать. Человек, проникший в Священную обитель, обретет духовную силу прекратить все войны. Как только обитель будет найдена, наступит новый Золотой век.
– Так надо найти ее! – в один голос воскликнули Мал и Маргарита.
– Мы побывали во всех известных нам пирамидах. Пока наши усилия тщетны. Но мы с самого начала знали, что наши шансы невелики. Войти в священную обитель должен змей в образе человека. Так гласит легенда.
В разговор вмешался капитан:
– Почему именно змей?
– Мы не знаем этого. Рукопись отца Иллариона обрывается. Других сведений о жизни Христа в Египте нет. Отцы церкви воздерживаются трактовать послание преподобного отца, опасаясь извратить истину.
– Я найду эту залу, – спокойно сказал Мал.
Филипп недоверчиво улыбнулся.
– Ву, – Мал кивнул мусульманину, – рубашка!
С помощью слуги он обнажил торс, покрытый зеленой змеиной кожей.
– Это должно случиться, – уверенно произнес Мал и, глядя в глаза возлюбленной, добавил, – правда, Маргарита?
Вместо ответа девочка прильнула к принцу и поцеловала ему руку.
Утром, пока еще все спали, рыцарь Филипп вызвал Мала на разговор:
– Насколько серьезны ваши намерения найти обитель Христа?
– Уверяю вас, что я и моя невеста искренне желаем достичь Священной обители, – произнес Мал с воодушевлением.
– То, что ваши стремления подчинены желаниям женщины, и вызывает у меня опасения, – в Писании ничего о ней не сказано.
– Зато всё остальное совпадает, – улыбнулся Мал, – вполне возможно, что о женщине говорилось в утерянной части рукописи.
– Признаюсь вам, эти поиски много значат для меня. Ради них я пожертвовал почти половиной из сорока девяти лет, прожитых мною на этой земле.
– Вы старше моего отца, но выглядите намного моложе, – вслух удивился Мал.