Кто бы мог подумать, что окажусь я в подобии хаммама с теплым бассейном, зеркалами во всю высоту стены и огромной гардеробной. В первой комнате, где расположился бассейн, был небольшой столик с набором разных масел, шампуней, и прочих баночек с невероятными ароматами. Вторая комната в огромном помещении была забита тканями по типу органзы, шифона и шелка, были и готовые наряды, а еще тканевые балетки, расшитые яркими бусинами.
Тут даже украшения были, но не такие дорогие, какие я видела у нагинь, я бы даже сказала, что это были дешевенькие бусы, из необработанных полудрагоценных камней, вроде янтаря, бирюзы и аквамарина. Помимо камней, в бусах использовались ракушки, деревянные бусины и тоненькие золотые монетки.
Ну и в третьей комнате, в которую меня буквально затолкали, чтобы не терять лишнее время, оказался самый красивый хаммам, отделанный настоящим мрамором. Не скажу, что я любительница высоких температур, наоборот, но в этом месте, хотелось остаться подольше.
— Раздевайся. — Прозвучал грубый приказ от моей надзирательницы.
— Что? — Опешила, перестав любоваться интерьером.
Конечно, одежды на мне было немного, только рубашка, да и та просвечивалась, но все же обнажаться перед этой дамочкой не хотелось.
Пребывая в шоке от ее требования, еще крепче обхватила себя руками и медленно отступила на несколько шагов.
Только вот терпения у тетки на меня не хватило, она не стала уговаривать, а использовала свой хвост в качестве грубой силы и инструмента давления. Всего пара минут и меня уже поливали водой из купели, зачерпывая ее серебряной чашей.
Я и просила, и умолял, и даже пыталась требовать, прекратить это издевательство, которое прозвали купанием, но нагиня лишь быстрее работала руками, загребая все больше воды. Каким-то чудом после этой пытки, я не осталась лысой, но на коже появились красные борозды от грубой мочалки и усердий старушки. Слабой она точно не была.
За какие-то десять минут она вымыла мне голову, каждый участок тела, так еще и втерла в кожу пахучие масла, только массаж приятным не был. Как я уже поняла, мы куда-то спешили, поэтому все движения были резкими и болезненными, пару синяков точно схлопотала.
Из плюсов было только то, что я увидела свое отражение. Не скажу, что попала в тело красотки, но симпатичной девушки, с ярко-рыжими волосами, веснушками на носу и щеках, вздернутым носиком и изумрудными глазами. Милая, чуть наивная внешность. На вскидку, новой мне не больше двадцати лет. Бесспорно, я порадовалась розовому румянцу, пухлым губам, но вот все, что было ниже шеи, удручало.
Девочка либо плохо питалась, либо ее морили голодом. Болезненная худоба была заметна слишком явно, из-за этого не было понятно, есть ли у меня талия, грудь и попа, но вот все кости были на месте.
Даже змея за моей спиной недовольно скривилась, будто увидела высушенную мумию.
— Подожди, — она отползла на несколько метром, к тому столику со стеклянными баночками, которые я приняла за масла, — вот, — выудила оттуда крохотный пузырек, — это чуть поправить твои изъяны.
Уж не знаю, что именно она имела в виду, но спросить не успела, мне с силой влили в рот содержимое того пузырька.
Сморщившись от горького вкуса, хотела выплюнуть все на пол, но змею заткнула мне рот и нос.
— Глотай, — последовал очередной приказ, — вот и правильно. — Похвалила, когда я со слезами на глазах, заставила себя проглотить жидкость.
Я была готова даже к тому, что это яд, и уж никак не ожидала, что эта дрянь придаст мне сил и даже насытит. Без суток, ужасный голод, который стал мучать меня, отступил, а потом, произошло нечто поистине невероятно: отражение в зеркале стало меняться, впрочем, как и мое тело.
Конечно, до идеальной фигуры было еще далеко, но “мяса” на моих костях прибавилось. Коленки и ключицы перестали быть такими острыми, как прежде, руки и ноги уже не напоминали палки, появилась округлость в области бедер, и, к моему восторгу, грудь у меня тоже была. А что действительно вызывало мой восторг, так это молочная кожа, а не бледная, как я считала раньше.
— Ну, — нагиня наклонила голову на бок, придирчиво осматривая новую меня, — все равно страшненькая.