Попыталась приподнять хотя бы голову, чтобы посмотреть, есть ли кто-то поблизости. Попытка провались. Слез уже не было, перед глазами стояла пелена.
Звук становился все отчетливее и громче, послышались грубые, хрипловатые голоса. Не смогла разобрать, сколько было говоривших. Это и неважно, молилась, чтобы меня заметили.
— Нагри… довольна. — Услышала обрывки фраз.
Незнакомцы были где-то рядом, настолько, что смогла услышать, о чем они говорят.
— Меня это не волнует. — Насмешливо ответил другой голос.
Мужчины резко замолчали, а я буквально почувствовала их взгляды на своем теле. Захотелось плакать от радости и бессилия, ведь даже глаза открыть не могла.
— Меня нашли, спасибо господи. — Радостно подумала, услышав очередное движение.
— Это человек. — Произнес один из них, не то удивленно, не то со злостью.
— Вижу, Шенаш-ш-ш-ш. — Протянул второй с шипением.
Они не спешили на подмогу, а я не могла даже позвать их.
Рядом что-то зашуршало, почувствовала приближение одного из незнакомцев и неожиданно, захотелось вскрикнуть. Руки коснулось нечто холодное и склизкое, будто змеиный хвост.
— Самочка, — прошелестел голос прямо возле уха, обдав кожу горячим дыханием,— совсем молоденькая, — продолжал говорить и обнюхивать меня, — что делать с ней будем?
— Какая, к черту, самочка? — Хотела закричать, а получилось невнятное мычание.
С этой парочкой что-то было не так, и я уже не так сильно хотела оказаться спасенной.
— Забираем. — Прозвучал приговор, и я ощутила настоящий ужас.
Меня оторвало от земли в одно мгновение, но вместо рук на своем теле, почувствовала давление вокруг талии и рук. Всего на миг открыв глаза, увидела солнечный блин на змеиной чешуе, этого хватило, чтобы потерять сознание.
Еще немного нашей главной героини
Глава 4
Никогда в жизни мне не было так страшно открывать глаза. За эту секунду испытала весь спектр ужаса, ведь последнее, что я помнила: солнечный блик, отражающийся от змеиной чешуи.
Змеи — мой главный страх с раннего детства. Будучи ребенком, мне сильно не повезло встретиться с ползучей дрянью, но повезло, что она оказалась не ядовитой, однако след от укуса так и остался со мной на всю жизнь. В памяти еще долго был момент, когда острые клыки вонзились в кожу, от охватившего меня ужаса я потеряла сознание, и долгие годы, эти ползучие твари вызывали у меня неконтролируемую панику.
Ох, как же часто это играло со мной злую шутку. Даже одноклассники подкидывали резиновых змей под мою парту, чтобы посмотреть, как я буду убегать с визгами и слезами. Бывало, что я видела легкое шевеление в высокой траве и все, дальше был только страх и собственный, оглушающий крик.
Отец пытался справиться с моей фобией, но военный, старой закалки, знал только один метод: клин, клином вышибают. Папа привел меня на выставку экзотических змей, но я об этом узнала, только оказавшись в узком коридоре, забитом террариумами.
Хорошо, что после того случая не осталась заикой, но мама потребовала больше не подвергать меня таким экспериментам, а страх притупился с годами. В городах этих существ почти не встретишь, как и в поселке, где была дача, так что со временем даже забыла, что боялась этих существ.
Пока…
Боязливо приоткрыв один глаз, затем второй и расслабленно выдохнула. Я лежала в небольшой палатке, поэтому первое, что увидела: темно-коричневую материю потолка, потом такие же стены, тонкую подстилку и ничего больше.
— Все это был сон, — нервно рассмеялась, — просто мираж.
По щекам покатились слезы облегчения, не смогла сдержать радости, что все это было лишь игрой воображения: змеиная чешуя, другое тело, странный лес.
Облегченно вздохнув, скинула с себя тонкое покрывало и взвыла в голос:
— Не-е-е-ет, — прохрипела неслышно, — это неправда, это не может быть правдой.
Мое тело по-прежнему было чужим, изменилось только состояние: пропали синяки и кровоподтеки, ни единой царапинки или болезненной бледности, даже как будто стала не такой тощей, но по-прежнему худой. Голова и горло не болели, физически — чувствовала себя прекрасно, а вот морально — была убита.