Вокруг танцпола заполнены столики отдыхающими полицейскими, не потрудившимися даже снять форму, чиновниками, известными лицами. Натали бы здесь очень «понравилось». Хорошо, что удалось уговорить ее остаться в машине. Причем он переживал не за то, что она агент и могла впоследствии разделаться с этим притоном. Вовсе нет. Он беспокоился о ее душевном состоянии. А еще не хотел, чтобы она видела другую его жизнь. Как же она пошатнула его эмоционально. Давненько не чувствовал себя таким уязвимым. Одну женщину нужно спасать, а за другой следить. Отличная суббота!
Один из полицейских потащил упирающуюся девушку в коротких шортах и топе вверх по широкой лестнице. Ей, наверное, и двадцати еще не было.
— Девушка не хочет тебя, Джим, — гоготнул один из охранников. Взбесившись от издевательств и насмешек, полицейский, здоровый пузатый боров, ударил ее по лицу и потащил за короткие черные волосы. Она больше не отпиралась
Джон испытывал жгучий стыд.
Так хотелось разнести здесь все к чертовой матери.
Но в данный момент у него есть дела поважнее. Еще он оставил в своей машине женщину, которая обязательно ввяжется во что-нибудь, если он не поторопится.
Он поднялся по лестнице, обойдя полицейского, вовсю насиловавшего проститутку прямо на ступенях.
— Змей! — его окликнул один из приятелей и соучастников Чеза. — Как тебе наш новый клуб?
— Где Чез? — спросил Джон и навис над невысоким и худым Стью. Наркотики со временем иссушили его.
— Эй, дружище, я не при делах, — тот поднял руки вверх и попятился, но Джон схватил его за горло и припечатал к стене с облупившейся краской.
— Я тебе не друг. И не смей так со мной разговаривать, — пригрозил он. — Еще раз спрашиваю, где Чез?
Стью не мог дышать. Похлопал по руке Джона в агонии.
Он отпустил его и дал откашляться.
— Он там с резвой девчонкой. Подожди, а? — в полусогнутом положении попросил наркоша. Надо же, чуть не задохнулся, а сохранял преданность Чезу.
— Последний шанс даю, — Джону даже оружие не нужно, чтобы прикончить его. Голыми руками придушит или шею свернет. Стью, верно оценив свои возможности, махнул рукой через две двери. Чез там.
Это, безусловно, могла быть ловушка. Тем не менее, Джон вытащил пистолет из-за пояса и ногой выбил с петель тонкую фанерную дверь.
Дешевый красный неоновый свет в прокуренной и задымленной комнате давил на глаза. Джон поморщился, увидев голого брата с прыгающей на нем шлюхой. Она кричала под кайфом так, будто это последняя ночь в ее жизни.
— О! Братишка! Хочешь присоединиться? — Чез даже не думал останавливаться.
— Хочешь голым с лестницы слететь или штаны наденешь?
Пока Чез соображал над серьезностью его вопроса, Джон скинул с него шлюху на пол. Она отползла в угол, но на лице ни следа вменяемости или сознания.
— Эй, ты чего?
Схватив брата за липкую от пота шею, Джон вытащил его с кровати и приставил пистолет к голове.
— Джонни! Ты спятил? — прохрипел Чез.
— Я говорил не трогать ее? — угрожающе тихо спросил Джон. — Говорил?!
Чез, осознав свою власть над ним, расхохотался, за что получил кулаком по лицу и упал навзничь.
Взяв его за волосы, Джон поднял его и заставил встать на колени. Пистолет от головы не убирал. Чез сплюнул кровь с разбитой губы. Уставился на него опустевшим и злым, одурманенным наркотиками, взглядом.
— Да я же для тебя старался! Твоя женщина носит ублюдка Конте. Я сделаю все, чтобы она его скинула и вернулась к тебе. Я наказал ее ради тебя!
Джон с силой стиснул челюсти, скрипя зубами, и почти нажал на курок, чтобы размазать его мозги по стенке.
С кровавым ртом в красном тумане его брат походил на порождение дьявола. Татуировка с крестом на груди издевательски выделялась на бледной и потной коже. Не так уж Джон и ошибался насчет него и их общего отца. Оба погрязли в грехе, похоти и крови, ничем не отличаясь от страшных библейских чудовищ. Только гораздо, гораздо хуже.
— Ну же, Джонни, стреляй, — Чез подполз к нему.
— Молись, чтобы она и ее ребенок были в порядке. На тебе живого места не останется, обещаю тебе, — Джон подавил импульсивное желание пристрелить его. — Где она?!
— Хочешь спасти ее? Что ж. Попробуй. Она на новом фармацевтическом складе. Окружена моими людьми. У них приказ стрелять на поражение.