Рита мучительно покраснела, не понимая, что это с ней и почему она по такому пустяку накинулась на шефа, и выдавила:
— Забыли, ладно? И что ты вообще тут делаешь?
— Заехал специально за тобой. Звонил брат, сказал, что Таня очнулась и требует тебя к себе, — с радостью поддержал он смену темы.
— Брат?
— Дан.
— Ах, ну да. Я должна была понять это сразу. Вы похожи, просто в тот момент у меня голова не соображала, — покивала девушка, ничуть не удивлённая поведением Тани.
Наверняка в больнице её ждёт ураган «Татьяна» со всеми вытекающими. Она бы тоже рвала и метала, если после аварии очнулась одна в неизвестном месте, а потом, сообразив, что это больница и никого из родных и близких нет рядом, впала бы в бешенство. Поэтому, когда они с Каспианом вошли в палату Тани, абсолютно не удивилась раздавшемуся негодующему воплю:
— Ты! Как ты могла меня здесь оставить?!
— Доброе утро, Таня, — улыбнулась Рита, полностью игнорируя гневный голос подруги. — Как ты себя чувствуешь?
— Издеваешься?! Я в больнице! Как, по-твоему, я могу себя чувствовать? — шипела она.
— Ну, судя по всему, стремительно идёшь на поправку, раз уже можешь кричать на половину больничного крыла, — подмигнула ей Рита.
— И нечего зубоскалить! Ты же знаешь, что я ненавижу эти заведения! — уже куда спокойнее ответила она. — А тут, просыпаюсь неизвестно где, всё болит и ноет, голова кругом, рядом сидит угрюмый орангутанг и отказывается со мной общаться, не отдаёт мобильный и вообще ведёт себя, как моя мама!
При упоминании Дана, подруга, вдруг сообразила, что они находились в палате не одни и удивлённо глянула на начальника, который стоял на пороге, прислонившись плечом к дверному косяку, и с особым усердием старался замаскировать кашлем весёлый смех.
— Доброе утро, начальник! Никак не ожидала вас здесь увидеть, но спасибо, я польщена до безобразия.
— Рад стараться, Татьяна. И несказанно счастлив видеть вас такой же бодрой и энергичной, несмотря на всё произошедшее.
— Кстати, да. Что вчера было? Я плохо помню… Только, как на тебя несётся этот псих, а дальше — провал, — нахмурилась подруга.
В палате повисла тишина. О чём задумался Каспиан, Рита не знала, а вот сама она решала, стоит ли рассказывать подруге о переломе ребра? Хотя, у неё уже наверняка побывал врач и всё ей объяснил. Только она собралась начать свой рассказ о героическом подвиге подруги, как из дальнего угла, где располагались стулья и кадка с огромным фикусом, раздался раздражённый голос:
— Орангутанг?
Все одновременно повернулись в сторону показавшегося из своего убежища Дана. Выглядел мужчина не самым лучшим образом, хотя это скорее относилось к тёмным кругам под глазами, нежели к слегка помятой одежде и взлохмаченным волосам, что, наоборот, придавало ему очарования. Он стоял, скрестив руки на груди и угрюмо смотрел на Таню.
Та, в свою очередь надулась и переведя взгляд на Риту, ткнула пальчиком в его сторону.
— И вот скажи мне, кто это вообще такой и что он здесь делает?
— Это брат Каспиана, Таня. И не стоит на него рычать, он, между прочим, привёз тебя сюда, позаботившись обо всём, — нахмурилась Рита, не совсем понимая, что нашло на подругу и почему та так реагирует на своего спасителя.
— Это всё замечательно, но не отменяет того факта, что он неотёсанный молчаливый грубиян! — отрезала Таня и отвернулась ото всех.
Рита с Каспианом недоумённо переглянулись. Особенно, когда в ответ на эту эмоциональную реплику в палате послышалось натуральное рычание. Решив, что атмосфера накаляется без особой причины, девушка попросила мужчин пойти поговорить с доктором и узнать, нельзя ли забрать Таню домой уже сегодня. Оба в совершенно одинаковом жесте вскинули левые брови, чем вызвали едва слышный смешок, но намёк поняли и удалились. А сама она присела на край кровати и выжидающе посмотрела на виновницу небольшого скандала.
— Ну?
— Что?
— Расскажешь, что такого случилось и почему ты шипишь разгневанной кошкой на невероятно сексапильного мужчину? — с иронией спросила Маргарита.
А Таня насупилась ещё больше. Правильно, раньше подруга такого себе не позволяла. Она была, если это можно так назвать, истинным гурманом мужественности и мужской красоты, поэтому логичнее было предположить, что она накинется на Дана с поцелуями, а не с оскаленными клыками. Это понимали обе. Вот только Рита тихонько посмеивалась, а Таня сопела ещё обиженнее.
В итоге, не выдержав, она с силой стукнула кулаком по матрацу, за что сразу же поплатилась, взвыв от боли в сломанном ребре. Это стало последней каплей и девушка, впервые на памяти Риты, разрыдалась.
— Я боюсь его! — сквозь слёзы выдохнула она. — Когда я очнулась, то не сразу его заметила, но мне было непонятно, где я, поэтому встала и пошла на выход. А он тенью метнулся ко мне, нарычал, швырнул на кровать и приказал, представляешь, приказал мне лежать и не двигаться до тех пор, пока доктор не осмотрит меня. Ни тебе здрасте, ни как дела… Даже имени своего не назвал! Только и делал, что рычал! — она замолчала и вытерла слёзы слегка подрагивающими ладонями. — Ритка, то, как он меня поднял… Господи, да я себя пёрышком ощутила! У него столько силы… И он такой огромный! Я испугалась!
— Тише, — шепнула Рита, прижимая подругу к себе. — Ты просто переволновалась и напридумывала себе всяких ужасов. Его зовут Дан, по крайней мере, я слышала, как Каспиан называл его именно так. И он переволновался. Ты просто не видела вчера, что творилось на том тротуаре. Там все с ума сходили, а оба брата появились так быстро, словно, видели всё собственными глазами. У нас у всех вчера был шок, а ты ещё и не приходила в себя, лежала вся в крови… А Дан за всё время, что мы ехали сюда, не выпускал тебя из рук. Да что там, он дышал через раз, боясь тебя потревожить, — тут девушка и сама всхлипнула. — Я так испугалась! Я думала, у тебя внутреннее кровотечение. И мне постоянно чудилось, что ты не дышишь. И лишь по тому, как Дан время от времени склонялся к тебе, я поняла, что это не только мои страхи. Он тоже постоянно проверял, дышишь ли ты…
— И не нужно тут плакать! — опять всхлипнула Таня. — Я только успокоилась! И вообще, ты чья подруга? Хватит эту гориллу защищать!
— Я не защищаю, Тань, просто пытаюсь объяснить его поведение. Знаешь, это страшно, держать кого-то на руках и не знать, жив ли человек и что с ним. Поэтому, я в какой-то степени могу понять его чувства и почему он так накинулся на тебя. Ты только-только пришла в себя, а уже собралась разгуливать по коридору. Я бы тоже на тебя рычала.
— Ну я же не знала ничего! — наконец, более или менее спокойно вздохнула девушка и отстранилась. — Ладно, признаю, что тоже была груба. И, как и ты, спихиваю всё это на пережитый стресс. А теперь, лучше расскажи подробнее, что вчера всё-таки случилось.
Рита удобнее устроилась рядом с подругой и начала рассказывать, не замечая, что двери в палату были слегка приоткрыты, а в коридоре находились притихшие братья, которые, как оказалось, никуда не уходили, а внимательно слушали разговор подруг.
Кас развернулся к брату, стараясь унять бешенство после упоминания, что Рита находит Дана «сексапильным», и спросил едва уловимым шёпотом, что для альбфаров, которыми они оба являлись, никогда проблемой не было:
— Ну? И как это понимать?
— Никак! — буркнул в ответ Дан, а потом, всё же, добавил: — Я сорвался! Дьявол, да я чуть не перекинулся, когда заметил, что она встала с постели!
— С чего такая бурная реакция?
— Не ты её вчера нёс! — огрызнулся он. — И не ты… — тут он замолчал и отвёл взгляд, в котором плескалась странная боль.
— «Не я», что? — настойчиво переспросил Кас.
— Я влил в неё свои силы, — убитым голосом признался Даннэш.
— Что?! — встрепенулся его старший брат, нависая над ним. — Ты…
— Да знаю я, — отпихнул его от себя парень и принялся расхаживать по коридору туда-сюда. — Но, чёрт, я едва слышал её дыхание! И всё на самом деле было намного сложнее, чем сейчас.
— А конкретнее? — вздохнул Каспиан, отходя в сторону небольшой лавочки в коридоре и усаживаясь на неё.