Пройдя совсем немного, она разглядела какую-то забегаловку — бодегу, находившуюся в подвале дома. На вывеске толстый беззубый моряк в тельняшке держал кружку пенного пива с таким кислым выражением лица, словно у него болели все зубы сразу. Вывеска, потемневшая от времени и непогоды, была страшно грязной.
Однако это был шанс, и Зина не собиралась его упускать. Она с силой толкнула разбухшую деревянную дверь, вросшую в землю, и оказалась внутри.
В лицо ей сразу ударил кухонный смрад, состоявший из жареного сала и подгоревшего лука — жуткая вонь была характерна для самых дешевых забегаловок. Внутри помещения было пусто.
Очевидно, для посетителей бодеги был слишком ранний час. Столики были простыми, деревянными, перед ними стояли такие же некрашеные табуретки. Скатертей не было. Все столы были пусты. Только за стойкой бара, накрытой куском простой фанеры, скучала толстая женщина лет 50-ти, похожая на цыганку. Ее массивные серьги из дутого золота хищно блестели в свете двух тусклых ламп.
— Чем обязана, королева? — неожиданно грамотно спросила цыганка, с интересом глядя на Зину.
— Ищу кое-кого. Подскажете, может? — ответила та.
— Ну, попробуй, — цыганка усмехнулась.
— Гендрик, — просто сказала Зина.
Цыганка нахмурилась. Наступило молчание. Только пальцы ее барабанили по барной стойке, выдавая нервное напряжение.
— Лихого человека ищешь, королева. Зачем он тебе? — наконец произнесла.
Зина вздохнула и для продолжения беседы достала приготовленные заранее деньги.
ГЛАВА 12
Мятые бумажные купюры выскользнули из ее пальцев с такой скоростью, что она только диву далась!
— Правильно мыслишь, красавица, — усмехнулась цыганка, пряча деньги в засаленный карман пышной цветастой юбки, — с людьми только так и можно говорить.
— Ну так и где мне его найти? — напрямую спросила Крестовская.
— Хм... — цыганка снова усмехнулась, — сюда он не ходит. Я его погнала, запретила сюда ходить ему. Другие посетители не хотели. Поняла? Не хотели заходить сюда, когда он здесь.
— Почему? — удивилась Зина. — Он кто?
— Лихой человек, — цыганка усмехнулась краем губ. — Да не воровством и разбоем промышляет, если ты так подумала. Нет, здесь все такие, и они своих бояться не будут. Он в другом лихой, в том, что делает то, что другим людям не доступно... Оттого и боятся его до нервных колик, до дрожи. Страсть как боятся. Вот я и запретила ему сюда ходить, хотя денег у него полно.
— Не понимаю, — закрутила головой Зина, — вы можете четко объяснить? Чем он занимается?
— А ты как будто не знаешь? — Цыганка хитро смотрела не нее.
— Не знаю, — честно призналась Зина.
— Тогда зачем его ищешь?
— Ну, он знал одного человека. Вот я и хочу его об этом человеке спросить.
— Может, и знал, — равнодушно пожала плечами цыганка. — Он многих знает. Но еще больше многие знать его не хотят.
— Извините, я вас все еще не понимаю, — тяжело вздохнула Зина. — Что он делает, почему его все боятся? Вы можете мне наконец объяснить?
— Да ничего страшного он не делает, — усмехнулась цыганка. — Просто продает. Ну, товар продает.
— Какой товар продает? — буквально взмолилась Зина.
— Такой, которого люди боятся пуще смерти. Однако вот прожить без него — никак. То, что он продает, простым людям не под силу понять. Как же его не бояться?
— Господи, да вы можете наконец сказать прямо?
— И не подумаю! Увидишь его — сама поймешь.
— Хорошо, — Зина решила зайти с другой стороны. — Где мне его найти, как?
— Он здесь, — цыганка странно покосилась в угол, потом вдруг резко, словно смахивая ладонью крошки со стола, перекрестилась, да так быстро, что Крестовская этого даже сначала не поняла, — в этом переулке живет. Самый последний дом, в тупике. Он подвал занимает. А первый этаж пустует давно. Никто не хочет в этом доме жить.
— Почему никто не хочет жить? — машинально спросила Зина, невольно подчиняясь правилам этой странной игры.
— Потому, что он держит в этом доме свой товар, — цыганка пожала плечами. — Это же понятно — никто не будет жить в одном доме с его товаром! У кого настолько не будет мозгов?
— Почему? — Крестовской начало казаться, что она сходит с ума, постоянно задавая один и тот же вопрос.
— Потому, что это безумие, — спокойно ответила цыганка.
— Допустим, — Зина вздохнула, — значит, он там живет, и я могу его найти?