— А почему вы так грамотно говорите, если у вас нет образования? — вдруг не выдержала Зина, озвучив посетившую ее вдруг мысль.
— Так уж сложилось. Долго живу здесь, — улыбнулся Гендрик.
— Так что вы знали об Игоре? — Крестовская вернулась к теме разговора.
— Ничего. Абсолютно. Мы говорили только о змеях. Когда он пришел ко мне года два назад, он не очень хорошо разбирался в них. Я посоветовал ему учиться. И знаете, он воспользовался моим советом. Консультировался с каким-то ученым здесь, в Одессе, и это ему помогло. За два года он стал лучшим. Лучшего ловца, чем он, у меня никогда не было.
— В его записной книжке я нашла странную запись, — Зина протянула ему листок из книжки. — Вы можете как-то объяснить?
— Конечно, — Гендрик ни на секунду не задумался. — Это же наши расчеты. Вот, смотрите. ЛЕТО 14 — ДА, 2 — БРАК, 1 — ПОТЕРЯ. Он за лето поймал 14 змей, из них две оказались больными и умерли по дороге, от транспортировки. Одна умерла у меня. Итого — три. Остальные 11 оказались годными. И он получил деньги. Дальше. ПЛАВНИ ДНЕСТРА — 18. Это означает, что он отправился на Днестр и поймал 18 змей. Из них три оказались бракованными и умерли в момент транспортировки. А карт-бланш — одна змея, это значит, что он поймал какой-то очень редкий вид, с ценным ядом, и довез ее в целости и сохранности.
— И долго он бывал в таких экспедициях?
— Когда как. Иногда — неделю, иногда — две. Если ехал в плавни, то дольше. Ведь основная часть Днестра находится под властью Румынии. Значит, надо было договариваться с контрабандистами, платить им. Это занимало больше времени. Но он всегда возвращался с богатой добычей.
Зина узнала все, что хотела узнать. С каким облегчением она вырвалась на свежий воздух! Теперь ей стало понятно, почему сбежала невеста Игоря Егорова — с таким хобби сбежал бы кто угодно, несмотря ни на деньги, ни на квартиру.
ГЛАВА 13
Вдыхая спертый запах старинного помещения исторического факультета, Крестовская стояла возле двери в нужную аудиторию. Продолжение этого странного расследования вновь привело ее сюда.
Зине было так странно чувствовать себя чем-то вроде следователя. Она еще не ощущала себя человеком, наделенным властью. И сама понимала, что ни знаний у нее для такой работы нет, ни опыта. Она действовала наугад — на ощупь, в темноте.
Но, несмотря на нехватку опыта, знаний и прочего, Бершадов позволил ей так делать, и это было главное! Он в нее верил. Зина поняла это. И знание этого придавало ей сил.
Профессор с кафедры, на которой работал Игорь Егоров, вышел из аудитории последним. Сначала высыпали студенты — веселые, беспечные. Они смеялись, громко щебетали, напоминая птиц. Зина поневоле вспомнила свои лекции — она тоже всегда выходила из аудитории последней. Однако эти воспоминания о прошлом не вызвали у нее ностальгии, наоборот, они убедили ее в правильности принятого решения. Ее единственного решения — жить так, как хочет только она сама.
Увидев Крестовскую, профессор Истратов переменился в лице, и ей не понравилась эта перемена.
— Вы? Снова вы? — Он отступил на несколько шагов назад, и Зине вдруг показалось, что он сейчас бросится бежать обратно в аудиторию и запрется в ней.
— Добрый день! — Изображая вежливость и доброжелательность, Зина двинулась вперед, но на профессора это не подействовало.
— Странно видеть вас снова, — Истратов смотрел исподлобья.
— Я не совсем с обычным вопросом к вам, — попыталась успокоить его Зина. — Но думаю, вы могли бы мне помочь.
— Я уже ответил на все ваши вопросы и больше не скажу ничего нового! Игорь Егоров не появился на работе. Но, похоже, вы это и без меня знаете.
— Знаю, — кивнула Крестовская.
— Тогда что вам нужно от меня?
— Информация! — Зине откровенно надоел этот цирк и она ответила честно.
— Понятно, — профессор почувствовал перемену в ее тоне очень хорошо. — Что же вы хотите узнать?
— Кто консультировал Игоря Егорова по змеям? С кем он советовался? — задавала Крестовская вопросы в лоб.
— Что? — Профессор распахнул глаза, и было ясно, что он ожидал чего угодно, но только не этого.
— Человек, с которым советовался Игорь Егоров, должен был быть отличным специалистом. Опытным специалистом в такой редкой области, как змеи. Вы ведь знаете, что это было увлечением Игоря Егорова?
— Послушайте, вы что-то путаете, — Истратов стал пятиться назад. — Я историк. Историком был и Егоров. Я не знаю, чем он занимался в свободное время и во время своих многочисленных отсутствий, но это не имеет ко мне никакого отношения. Ищите вашу информацию в другом месте.