— Нет, спасибо, — совсем растерялась Зина.
— Тогда садитесь. Постараюсь подобрать побыстрее.
Минут через двадцать перед ней уже возлежала тонкая папка газет.
— Почему так мало? — удивилась она.
— Да ведь и в Советском Союзе, и в Румынии очень мало и неохотно пишут о Бессарабии, — пояснил Евгений. — На самом деле это больное место для обеих сторон. Поэтому информации мало, все очень осторожно подбирают слова. Было бы забавно сравнить донесения разведок обеих сторон, но таких материалов у нас нет, — пошутил офицер, но Зина не улыбнулась, ей эти слова не показались смешными.
— Ну, вы читайте, и зовите, если что, — офицер скрылся за дверью. Зина погрузилась в чтение.
Карта с окончательным административно-территориальным делением была опубликована 14 августа 1938 года в 187 номере румынской газеты «Monitorul Oficial». На ней было четко видно, какое место отводится Бессарабии. Она была разделена на отдельные земли и уезды, причем границы земель и уездов никак не учитывали прежнюю территорию Бессарабии. Похоже, румынские власти, видя устремления Сталина на Запад и постоянное, очень сильное желание включить Бессарабию в состав СССР, решили полностью ликвидировать все упоминания о ней и превратить эту область в обычный фрагмент единого румынского государства.
Большая часть Молдавии попала в землю Нистру с центром в Кишиневе. Эта земля делилась на четыре уезда: Четате — Албэ (бывший Аккерман), Тигина (Бендеры), Лэпушна (Кишинев) и Орхей (Оргеев). Два уезда — Сорока и Бэлць — вошли в состав земли Прут с центром в городе Яссы. А уезды Кагул и Измаил — в состав земли Нижний Дунай с центром в Галаце.
Остальные же украинские территории на Северной Буковине оказались в земле Сучава.
В январе 1932 года Румыния в Риге вступила в переговоры с советской делегацией. Румынский глава внешнеполитического ведомства заявил, что это переговоры, «которых мы не желаем, но с которыми мы смиряемся».
Инициатором их выступила Франция, и Румыния согласилась потому, что боялась потерять ее поддержку, в том числе и военную.
Договор, который предполагалось заключить, должен был бы действовать пять лет, и предполагал ненападение СССР на Румынию. На переговорах в Риге румыны ставили своей целью закрыть бессарабский вопрос, тогда как советская делегация хотела его признания на бумаге.
МИД Румынии запрещал своим дипломатам даже в частных беседах с советской стороной касаться вопроса Бессарабии, не говоря уже об обсуждении его на встречах. По инструкции, румынские дипломаты должны были растянуть на несколько лет переговоры о пакте. Но это совершенно не удовлетворяло СССР. В конце концов уполномоченный в Риге князь Стурдза предложил формулировку, по которой советская сторона косвенно признавала Бессарабию принадлежащей Румынии.
Советское правительство полностью отказалось это подтвердить. На этом переговоры и закончились — так же, как и все предыдущие, не принеся никакого результата.
После переговоров Стурдза написал румынскому премьеру письмо, в котором предлагал любым способом оберегать Бессарабию от СССР. Писал он следующее: «Бессарабия не является для СССР ни простым вопросом престижа, ни незначительным территориальным вопросом. Бессарабия — политическая брешь, заботливо сохраняемая в границах буржуазного мира. Зародыш военного прорыва в их планах разрушения этого мира».
Дочитав до этого места, Зина отложила газету и задумалась. А что, если это действительно так и было? Что, если Сталин сам планировал начать войну с Гитлером?
Бессарабия находилась на расстоянии 180 километров до щедрых румынских месторождениям нефти. Из этих источников Германия черпала 58 процентов своего нефтяного импорта. Что, если этот аргумент был важен для того, чтобы, развязав войну с Германией, получить новые территории?
Думать об этом было невероятно страшно. К тому же Зина прекрасно отдавала себе отчет в том, что в этих мыслях нельзя признаваться никому, тем более Бершадову. Такие мысли запросто стали бы смертным приговором.
Но Зина просто в воздухе чувствовала войну. Она вдруг поняла, что война начнется именно здесь, в Бессарабии. Вот над каким планом работало ведомство Бершадова: захватить Бессарабию, присоединить ее к СССР и развязать страшную войну, которая будет иметь весьма печальные последствия для всех, в том числе и для СССР!
Зине стало трудно дышать, страх сдавливал ее сердце, однако нужно было читать, чтобы понять все до конца.