Судя по тону директора, это было скорее утверждение, чем вопрос, поэтому Снейп просто ответил:
— Да. Ей удалось бежать, сейчас она в безопасности.
— Она в порядке?
— В относительном. Она ранена, но через несколько дней будет в норме. Сейчас ей просто необходимо отлежаться… Вы ничего не хотите рассказать? — вырвалось у него против воли.
— Да-да… — Дамблдор глядел на него своим непроницаемо-безмятежным взглядом, — ты прав. Дальше скрывать это от нее не имеет смысла.
— Что скрывать?
— Правду.
Повисла тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов. Затем Снейп усмехнулся:
— Полагаю, эта правда не предназначена для моих ушей!
— Ты ошибаешься. Правда такова, что ее должен знать и ты. Чтобы понимать, чем эта девушка может быть опасной для нас.
— Опасной?
— Приведи ее ко мне, Северус, — мягко произнёс директор. — Я знаю, я часто давал тебе повод думать, будто я тебе не доверяю, но это не так. Я поговорю с Дианой, и ты сможешь присутствовать при нашей беседе.
* * *
Когда Снейп ушел, Диана послушно попыталась выполнить его рекомендации насчет «поесть». Она приподняла салфетку, закрывавшую нечто на подносе. Еда была явно из Хогвартса, видно, ее принес кто-то из школьных домовиков — яичница с беконом, тосты в форме бабочек, лимонный джем и чашка чая с молоком без сахара. Диана удивилась — откуда Снейп мог знать, что именно она предпочитает на завтрак? Угадал или же руководствовался собственными вкусами?
Она выпила чай и буквально силой заставила себя сжевать тост с джемом, памятуя о том, что поглощать зелья в таких количествах на пустой желудок — чревато, но ни вкуса, ни запаха еды она не чувствовала. С отвращением взглянув на яичницу, она накрыла поднос салфеткой и снова откинулась на подушки.
Теперь ее одолевало смущение и недоумение — собственная реакция на уход Снейпа, мягко говоря, удивила ее. Еще немного — и она начала бы просить его остаться с ней. Единственное разумное объяснение такому не вполне адекватному для нее поведению — последствия пережитого стресса. Кто-то скандалит, кто-то начинает вздрагивать от каждого звука и шарахаться от собственной тени, кто-то просто спит сутки напролет. А она вот чуть не разревелась, когда не самый приятный в ее окружении человек оставил ее одну в пустом доме, хотя она прекрасно понимала, что не может же Снейп возиться с ней целый день, у него куча собственных дел. Причем ей не просто до истерики не хотелось оставаться здесь в полном одиночестве — нет, ей нужно было именно его общество, не кого-либо еще, а именно его. Пусть бы он отпускал критические замечания в ответ на каждое ее слово и называл бы ее бестолковой девчонкой, из-за которой весь Аврорат сбился с ног, какая разница, лишь бы был рядом.
Кажется, психологи называют это «синдромом принцессы». Что ни говори, а он ее спас. Если бы он не догадался обратиться к помощи эльфа-домовика, она наверняка умерла бы там, на том пустынном берегу. Естественное чувство благодарности, помноженное на стресс, и вот получите результат — расчувствовавшуюся Диану Беркович, боящуюся оставаться одной и желающую видеть своего спасителя все двадцать четыре часа в сутки. Да уж, чего только не выкидывает женская психика в ответ на потрясения! «Любопытно, когда он появится, я наброшусь на него с объятиями или ограничусь просто рассказами о том, как мне было одиноко?» — усмехнулась она про себя. Нет, лучше попытаться поспать, глядишь, к вечеру мозги встанут на место и дурь пройдет. Да и боль к вечеру вернется, так лучше встретить новый приступ хоть немного отдохнувшей.
Но к вечеру ей стало хуже. Поднялась высокая температура, которая не думала спадать даже от специального зелья, а раненное плечо снова горело неугасимой болью. Сознание постоянно балансировало между явью и полубредом, время от времени ей казалось, что она снова в том самом подвале, ее охватывал панический страх и желание бежать отсюда подальше, она вскакивала со своего соломенного ложа и в этот момент приходила в себя, дрожа всем телом и с трудом переводя дыхание.
Внезапно странный шорох в соседней комнате привлек ее внимание. Снейп вроде разрешил ей вставать и ходить по дому, но она боялась, что если встанет, тут же упадет от слабости. Шорох повторился, на этот раз отчетливей, причем теперь к нему примешивалось нечто, похожее на стон. Ей вдруг пришло в голову, что в полудреме она не заметила, как вернулся Снейп. Возможно, он ранен и ему нужна помощь. Эта мысль придала ей сил, она встала с постели и, завернувшись в плед, медленно, превозмогая боль, побрела в соседнюю комнату.