— Вы прогоняли его, кидаясь в него книгами? — в голосе Снейпа появился привычный сарказм. — Или пытались воззвать к его совести?
— Палочкой… — ну, почему он ей не верит!
— У вас нет палочки. Она сейчас в моем кабинете, в Хогвартсе.
Мысли ее спутались окончательно. Как же тогда она воевала с боггартом, если он говорит, что…
— Диана, — Снейп перевернул полотенце на ее лбу и снова положил его прохладной стороной, — я вас уверяю, в этом доме даже докси не водятся, не то что боггарты. У вас сильный жар, вот вам и привиделось непонятно что. Я нашел вас в гостиной на полу, без сознания. Вы бредили и не приходили в себя. Вот и все.
Все верно. Все это — бред. Она боролась с несуществующим боггартом несуществующей палочкой. Хоть сценарий психологического триллера пиши со всего этого.
Но пережитый ужас все никак не хотел покидать ее, слишком ярко ее кошмар напомнил о самой сильной боли в ее жизни. Она несколько минут изо всех сил сдерживалась, молясь, чтобы Снейп поскорее вышел из комнаты, но затем не выдержала и беззвучно заплакала, закрыв лицо руками.
Глава 29
Снейп снова накачал девушку зельями, добавив к их и без того немалому количеству еще и легкое успокоительное. Слезы той, кого он ни разу до этого не видел плачущей (ни когда он вовсю распекал ее на Зельях, ни даже тогда, когда она падала с метлы во время матчей) ввели его в ступор. Он не умел утешать плачущих женщин, опыта не было. Несколько секунд он смотрел на нее, разрываясь между смущением и желанием броситься ее успокаивать, словно маленького ребенка. Его хватило на то, чтобы неловко погладить ее по волосам и пробормотать что-то вроде «не плачьте, это всего лишь кошмар, все будет хорошо», а затем он вскочил и бросился за зельями.
Он не стал допытываться у нее, каким именно она видела своего боггарта. Вряд ли это было какое-нибудь страшилище из детских сказок. Он знал, что боггарты взрослых людей чаще всего принимают вид убитых и искалеченных близких родственников — детей или же родителей. Мать Дианы уже убита, но что может помешать разыгравшемуся воображению и без всякого боггарта явить перед ней именно ее изуродованный труп?
Он снял окровавленную повязку с ее плеча — от путешествий по дому раны открылись и кровоточили. Обезболивающее и успокоительное сделали свое дело, она больше не плакала и не вздрагивала от его прикосновений, а полулежала на боку, безучастная ко всему. Следы от «магического кнута» выглядели так, как и должны были выглядеть, то есть ужасно. Но мазь можно будет использовать уже через четыре часа, а значит, процесс выздоровления начнется уже к утру. Пару дней обрабатывать — и можно будет считать ее почти здоровой. Снейп промыл раны, смазал их противовоспалительной и дезинфицирующей мазью, а затем опять забинтовал.
А у нее красивое тело, подумал он, накрывая ее одеялом, но тут же одернул себя. Странно, но за все эти двое суток он впервые задумался о том, что проводит вечера в компании полуобнаженной молодой женщины. И относится к ней именно как к беспомощному существу, нуждающемуся в лечении. И это правильно. Она, конечно, довольно привлекательна внешне, он же не слепой и не евнух, но отвлекаться на подобные мысли — непозволительная роскошь, во всяком случае сейчас.
Снейп, при всей своей склонности к аскетизму и самодисциплине, знал, что длительное игнорирование требований тела чревато неспособностью сосредоточиться толком ни на чем. И по мере возможности старался требования собственного тела удовлетворять, тем более, что жительница Хогсмида, симпатичная вдовушка Мэг Фоули была не болтлива и достаточно понятлива. Мэг была идеальной подругой для закоренелого холостяка — жила своей жизнью и своими интересами и не лезла в его жизнь, вполне довольствуясь их редкими встречами, когда можно было просто приятно провести время вдвоем, в перерыве между постельными утехами болтая о всяких пустяках, попивая грог и глядя в камин. Общества Мэг в этом смысле ему хватало «за глаза», тем более что плотный рабочий график в течении учебного года и связанная с этим усталость попросту не давали отвлекающим мыслям слишком уж сильно допекать его. И ни одну свою студентку (а были у него студентки куда красивее Беркович) Снейп не воспринимал иначе, чем просто студентку — создание, как правило, неразумное и нуждающееся в постоянном контроле. Ну, а Беркович… Беркович — в некотором смысле такой же солдат, как и он сам. Хотя и весьма симпатичный солдат… Тьфу, черт! Пора прекратить думать на эту тему, а то так и до Охлаждающего зелья недалеко!