У Дианы мелькнула мысль навестить Снейпа в его подземельях (по ее расчетам, он должен был быть там), но взглянув на наручные часы, она отказалась от этой идеи — время показывало без трех минут три. И она решительно направилась к статуе горгульи, ведущей в кабинет директора. У самой двери в директорские покои она остановилась и уже занесла, было, руку, чтобы постучать, как дверь сама распахнулась перед ней, ей оставалось только войти.
Директор Дамблдор сидел на своем привычном месте, то есть за столом. На спинке его кресла восседал его роскошный малиново-оранжевый феникс, а чуть в стороне маячила мрачная фигура Северуса Снейпа.
— Добрый день, — пробормотала она, обращаясь одновременно к ним обоим. Директор поднялся ей навстречу.
— Здравствуйте, Диана, — радушно сказал он, — вы отлично выглядите!
Да уж, отлично, подумала она. Бледная, худая, с синяками под глазами — ну просто модель!
Взгляд ярко-голубых глаз директора за стеклами очков-половинок рождал странное чувство, сходное с умиротворением и покоем, и она рефлекторно насторожилась — очень похоже на гипноз. Значит, разговор предстоит действительно серьезный и вряд ли ее обрадует то, что она услышит.
— Северус сказал, вы сильно пострадали? — спросил директор, жестом приглашая ее садиться в кресло прямо перед собой.
— Ничего особенного, — ответила она. — К тому же профессор Снейп очень профессионально поставил меня на ноги, — при этих словах она покосилась на Снейпа, но тот глядел прямо перед собой, сохраняя на лице сумрачное выражение.
— А что у вас с рукой, сэр? — спросила в свою очередь она.
Правая рука Дамблдора, почерневшая, словно обугленная и бессильно висевшая вдоль тела, бросилась ей в глаза, как только она подошла к директорскому столу.
— Ах, это, — Дамблдор поднес руку к своему лицу и безмятежным тоном ответил:
— Просто последствия неудачных экспериментов.
«Ну да, просто! Очень похоже на следы от темных заклинаний. Причем заклинаний самого худшего свойства. Видно, дело плохо, судя по запаху лекарств…»
— Не стоит обращать на это внимание, — продолжал директор тем же беззаботным тоном. — Поверьте, она мне совершенно не мешает.
Как бы этот обмен любезностями не затянулся слишком надолго, подумала она и, словно уловив ее настроение, Дамблдор произнес уже более серьезно:
— Может быть, вы уже догадались, зачем я вас пригласил?
— Полагаю, у вас есть сведения о причинах моего похищения.
— Верно. Причины у него были весьма веские, — и Дамблдор выразительно посмотрел куда-то в дальний угол кабинета. Диана проследила за его взглядом и едва удержалась от изумленного возгласа — на стуле, устало улыбаясь, сидел человек, одетый в черный пиджак с воротником-стойкой, что делало его похожим на протестантского пастора, в черной маленькой шапочке на самой макушке и с пейсами — Мордехай Башевис собственной персоной.
Башевис радостно поднялся и, подойдя к ней, мягко пожал ее руку. Вид у него был такой, будто он сбросил со своих плеч тяжкий многолетний груз.
— Думаю, вас не нужно представлять друг другу, — раздался голос Дамблдора.
— Только не говорите мне, что причиной моего вынужденного визита туда были именно вы, — сказала Диана, глядя на Башевиса.
Тот затряс головой и с той же усталой улыбкой ответил:
— Нет-нет! Просто у меня есть то, что принадлежит вам, и я должен вам это вернуть.
— Что вернуть?
— Приготовьтесь, пожалуйста, выслушать длинную и печальную историю, — грустно улыбнулся директор. — Но сначала скажите — вам известно, кто такой Ицхак Левит?
Диана отрицательно покачала головой. Дамблдор в ответ кивнул:
— Неудивительно — он сам постарался, чтобы о его существовании забыли как можно скорее и уничтожил все свои труды, кроме одного. Но я, пожалуй, начну сначала
Ицхак Левит, ученый-каббалист, жил в Испании в середине — конце тринадцатого века. Он был довольно сильным маглорожденным волшебником, увлекался алхимией и некромантией, из-за чего рассорился со своими соратниками. Левиту открылся способ воскрешения из мертвых, по-настоящему, не фантомом. Проводя опыты по некромантии и перемещению между измерениями, он случайно открыл портал в Посмертие — место где души пребывают некоторое время после смерти, прежде чем отправиться в Рай или Ад. В мир живых из этого места можно вернуться только по воле Творца. Открывающий врата между мирами, или как он сам себя назвал, Демон Посмертия, обитающий в этом измерении, рассчитывал стать чем-то больше, чем простой исполнитель и возмечтал взять на себя миссию Бога — возвращать умерших обратно в мир живых. Но для этого ему нужно было сотрудничество живого человека и непременно — мага. Левит показался ему для этого идеальной кандидатурой. Он передал ему последовательность заклинаний и действий, с помощью которых человека, находящегося в Посмертии, можно вернуть в мир живых. Но в обмен на возвращение одной человеческой души Открывающий врата требовал принести в жертву другую. Вернуть человека к жизни можно только в течение первых шести часов после смерти — когда душа еще находится между мирами и только готовится перейти окончательно в мир мертвых, и когда процессы разложения в теле еще не приобрели необратимый характер.