— Помоги мне узнать то, что я хочу.
Капля крови, упав на страницу, тут же с тихим шипением впиталась и бесследно исчезла. И тут закорючки чуть задрожали, расплываясь, покраснели, заметались и пропали, а на их месте постепенно стали проступать очертания латинских букв. Через минуту перед Дианой уже были страницы, покрытые вычурным готическим шрифтом, но, вне всякого сомнения — на английском языке.
Она с шумом выдохнула и провела пальцами по листу пергамента, который, кажется, даже чуть посветлел. На самом верху страницы красовалась надпись более крупным шрифтом, скорее всего — название книги: «Сделка». Неоригинально, конечно, зато коротко и по сути. А дальше, без какого-либо предисловия, шло подробнейшее описание обряда по вызову Открывающего врата.
Едва прочтя первые несколько слов, Диана закрыла глаза. Она чувствовала себя не готовой к тому, чтобы быть посвященной в подобные секреты, слишком большим грузом ей представлялось знание такого рода. Она открыла глаза и, прошептав «В следующий раз», перелистнула несколько страниц, в надежде найти какие-нибудь теоретические рассуждения своего предка по этому предмету.
Она не ошиблась — следующая глава называлась «Обращение» и начиналась словами:
«Я не знаю, как тебя зовут, но позволь мне называть тебя Эсфирью. Подобно царице Эсфири, принесшей избавление нашему народу от истребления, в твоих силах будет принести избавление твоему роду от последствий моей глупости, самонадеянности и уверенности в том, что силой разума можно победить смерть и переупрямить волю Творца».
«Сколько пафоса, однако», — подумала Диана, при этом внутренне содрогнувшись. Дело в том, что ее полным именем, указанным во всех метриках, было Диана-Эстер Беркович. Что и говорить, совпадение было впечатляющим.
— Ты угадал, — чуть слышно произнесла она и, переведя дыхание, продолжила чтение.
«Полагаю, ты уже знаешь историю своего рода, по крайней мере, в общих чертах. Догадываюсь, что ты будешь меня проклинать за то, что у меня хватило мужества (а, скорее, глупости) заглянуть туда, куда простым смертным нет обратной дороги без воли Бога. Поверь, твое недовольство мной не идет ни в какое сравнение с тем, как я проклинал сам себя. Я знал, что рано или поздно расплата настигнет меня, уже в тот самый момент, когда убивал несчастного парня, который, кажется, даже не понимал, что его убивают, так как был уже одной ногой на том свете. Но я не догадывался, что расплачиваться придется не столько мне, сколько моим детям и внукам. Воистину, когда судьба хочет нас наказать, она заставляет страдать наших близких. Но пути назад не было, и я довел обряд до конца, в полной готовности принять любое наказание, которое непременно обрушится на мою голову.
Тот, кто назвал себя Демоном Посмертия, так и не открыл мне своего настоящего имени, справедливо полагая, что в таком случае он оказался бы в моем полном подчинении. Не старайся узнать его, вряд ли это возможно, ибо его истинный хозяин не позволит забрать у себя слугу. Вряд ли имеет смысл пытаться воздействовать на Открывающего врата через его повелителя — договор есть договор, по ту сторону бытия самые нелепые, несправедливые и жестокие контракты такого рода считаются нерасторжимыми и не подлежащими пересмотру. И практически всегда подобные договоры содержат в себе ловушку, невидимую первое время, но в которую ты угодишь с вероятностью девять из десяти.
Не могу с точностью сказать, чья воля отсекла мне единственный способ исправить ошибку, а именно — совершить еще одно убийство, но после этого, когда я только задумывался о том, как вернуть долг, я валялся в жесточайших конвульсиях, не в силах держать в руках не то что нож, но даже перо. Может быть, некто пытался спасти мою душу от окончательного падения в бездну смертного греха, а может быть, это моя совесть таким образом сопротивлялась очередному надругательству над ней. Но ни я, ни мои дочери и внучки не имеют возможности сделать то, что требует Открывающий врата.
Как бы ни ужасало тебя то, что я скажу сейчас, но единственным выходом из ситуации мне представляется проведение еще одного обряда воскрешения с двумя искупительными жертвами. Естественно, они не должны быть умирающими от болезни, старости или ран, а полными жизни и желания жить. Не знаю, хватит ли у тебя мужества совершить подобное, если же нет — попробуй провести обряд «приобщения к роду». Для этого тебе понадобится человек, который не устрашится необходимости убить, и его ты должна будешь сделать членом своего рода. Не бойся, выходить за него замуж не нужно, достаточно, чтобы в его жилах оказалась хотя бы малая толика твой собственной крови. Не знаю, как именно ты это сделаешь, но, думаю, после этого он будет в состоянии полноценно провести обряд именно как представитель твоего рода. Долг будет возвращен, и твои руки не будут обагрены кровью. Но знай — после этого жизнь этого человека и твоя будут связаны до конца ваших дней, хотелось бы тебе этого или нет. Если долг будет возвращен, ты сможешь уничтожить книгу, чтобы ни у кого больше не возникло соблазна повторить мои «подвиги».