— Что, студенты по коридорам шляются? Так позови лучше своего хозяина, или он опять с вечера глаза элем залил?
Миссис Норрис нервно дергала хвостом, продолжая сверлить Диану взглядом. Первый раз на ее памяти кошка вела себя подобным образом — никогда до этого она не пыталась войти в контакт ни с кем из преподавателей или авроров, не признавая других авторитетов, кроме любимого хозяина Филча. Похоже, случилось что-то не совсем обычное, и животное инстинктивно выбрало того, кто реально может помочь в данной ситуации, то есть — волшебника, а не сквиба, единственным оружием которого были половая щетка и злой нрав. И Диана послушно пошла за кошкой, которая все быстрее трусила в сторону подземелий, время от времени оглядываясь и проверяя, успевает ли за ней Диана.
Целью Миссис Норрис совершенно точно были именно слизеринские подземелья, и Диана судорожно перебирала в голове самые различные версии случившегося там. Это точно не студенты-полуночники, иначе кошка действительно пошла бы будить Филча. В школу все-таки проник кто-то из Упивающихся смертью? Но тогда как ему удалось проскочить мимо аврорских постов? Кто-то из своих? Но ни Тонкс, ни Юхану в подземельях делать нечего, это — ее территория, они договорились. Или кто-то из тех, кто остался патрулировать снаружи? А если среди них затесался предатель?
Мысли ее разом оборвались, когда они дошли до узкой винтовой лестницы, ведущей в подземелья. Миссис Норрис остановилась и снова вопросительно взглянула на Диану, а затем опустила голову и принялась старательно обнюхивать ступени, на которых темнели круглые пятна, подозрительно похожие на капли крови. Подавив испуганный возглас, Диана нагнулась, чтобы рассмотреть пятна поближе.
Вне всякого сомнения, это была кровь, причем абсолютно свежая. Кровь была и на стене в виде мазков и отпечатков человеческой ладони. Тот, кто оставил эти следы, был серьезно ранен. И он был где-то совсем рядом.
Диана взглянула на Миссис Норрис. Та странно дернула усами, будто собралась опять мяукнуть, но Диана поднесла палец к губам и кошка, непостижимым образом поняв ее просьбу, промолчала. Диана махнула ей рукой, мол, уйди, дальше я сама, та послушно отступила назад.
Палочку наизготовку, Дезиллюминационные чары, и Диана принялась осторожно спускаться по лестнице по кровавому следу. Кто бы это ни был, действовать нужно было мгновенно. План ее был прост — сначала обезвредить неизвестного «Петрификусом» или «Экспеллиармусом», а затем уже разбираться, кто он и что здесь делает.
Лестница кончилась, за ней тянулся недлинный коридор, заканчивавшийся поворотом вправо. И тут до ее слуха донеслись звуки медленных неуверенных шагов и то ли вздох, то ли стон. А затем послышался шорох, как будто кто-то сползал по стене на пол. Диана остановилась и перевела дыхание, стараясь сделать это неслышно. Ладонь, сжимавшая палочку, вспотела, глаза, всматривающиеся в полумрак подземелий, щипало от напряжения, а все тело сжалось в знакомой судороге — напряжении бойца перед решающим броском.
Она сделала еще несколько шагов, резко повернула вправо и в неверном свете факела увидела шагах в пяти перед собой человека в черном плаще Упивающегося, сидевшего на полу. В одно короткое мгновение, перед тем, как послать в него невербальный «Экспеллиармус», в глаза ей бросились и белая черепообразная маска, скрывающая лицо, и его левая рука, прижатая к животу, сквозь пальцы которой сочилась кровь.
Нет ничего легче, чем обезоружить того, кто не ждет нападения, и в ее ладонь послушно легла палочка, согретая теплом руки неизвестного, и липкая от его крови. Диана сняла с себя маскировку, поднесла палочку к глазам, и сердце ее пропустило удар. Черная, гладкая, с деревянной рукояткой, покрытой рунами, палочка могла принадлежать только одному человеку.
Глава 33
Несколько долгих мгновений она продолжала держать человека на полу под прицелом своей палочки. Тот не предпринимал никаких попыток встать — сидел, обессилено облокотившись спиной о каменную стену и, казалось, был без сознания. Набрав в грудь воздуха, она как можно более твердо произнесла:
— Кто вы? Снимите маску.
Испачканная кровью рука человека потянулась к лицу, и маска словно сама отделилась от него, прилипнув к его ладони. Судорожный вздох вырвался из груди Дианы — перед ней сидел Северус Снейп собственной персоной.