Как-то вдруг не совсем к месту ей вспомнился рассказ Мопассана «Пышка». И сейчас все эти люди отчасти напомнили ей тех самых добропорядочных до зубовного скрежета буржуа, беззастенчиво использующих профессию Пышки в своих интересах, не переставая презирать ее за это и даже не пытаясь этого скрыть. Они такие же — тот факт, что Снейп каждый раз рискует головой, передавая информацию о планах Темного лорда, они воспринимают как нечто само собой разумеющееся, при этом продолжая поглядывать на бывшего Упиванца косо. Конечно, Снейп с его характером весьма мало делал для того, чтобы снискать симпатии окружающих, но, по мнению Дианы, каковы бы ни были его прошлые прегрешения и нынешние мотивы, Снейп в одиночку делал для Ордена больше, чем кто-либо еще.
Глава 36
— Северус? Что-то непредвиденное?
— Да… У меня плохие новости, мой лорд.
Снейп стоял перед Волдемортом, опустив голову, чтобы не видеть лица повелителя в этот момент. Все равно, понять какова будет его реакция, практически невозможно — лицо Волдеморта всегда отличалось безэмоциональностью, а отреагировать он мог как угодно.
Молчание затягивалось, и Снейп уже приготовился к порции «круцио», которыми повелитель обычно разбрасывался, пребывая в скверном настроении. Наконец, сквозь шум крови в ушах он услышал свистящее:
— Рассказывай.
— Девчонка Беркович вернула Книгу Башевису. Она не смогла прочесть ее.
— И это означает…
— Она — не Наследница, мой лорд… Башевис ошибся.
Снейп, наконец, решился поднять голову и встретился с глазами Темного лорда. Сейчас они казались еще краснее, чем обычно, будто подсвеченные изнутри крошечными лампочками — верный признак нарастающего гнева.
— То есть как это — ошибся?!
— Я не знаю, мой лорд. Башевис вчера явился в Хогвартс и направился прямиком к Дамблдору. Я как раз был в его кабинете в это время. Затем директор по каминной сети вызвал Беркович, и она пришла. И принесла Книгу.
— И отдала ее этому Башевису?
— Да. Она сказала, что перепробовала все способы, чтобы прочесть Книгу, но у нее ничего не вышло. Она отдала книгу и сразу же ушла. Мне показалось, что она была рада избавиться от нее.
Лорд вломился в его память, как всегда, без предупреждения — грубо и бесцеремонно. То, что его интересовало, Снейп заботливо оставил на поверхности — вся их с Дамблдором, Башевисом и Дианой инсценировка, проведенная для того, чтобы воспоминания, которые Снейп должен будет предоставить Волдеморту, были настоящими. Собственно, Снейп мог бы ограничиться созданием поддельных, но Дамблдор воспротивился — в конце концов, Волдеморт один из сильнейших легиллиментов современности и слишком велик риск того, что он почувствует подделку.
… Беркович вошла в директорский кабинет, держа в руке небольшой томик в темном переплете (трансфигурированная коробка из-под шоколадных конфет изображала Книгу). Коротко взглянув на Снейпа, она поздоровалась с директором и Башевисом, после чего подошла к нему и, протягивая ему «Книгу», сказала:
— Я должна вернуть это вам, сэр. Судя по тому, что я убила почти три недели на то, чтобы попытаться прочесть ее содержимое, мне она не принадлежит и принадлежать не может.
— Вы уверены? — Башевис округлил глаза и принялся теребить бородку.
— Абсолютно. Я перепробовала все существующие способы, но Книга мне не открылась… Вы ошиблись. Я — не Наследница. Поэтому… В-общем, извините, я пойду… — и с этими словами она покинула кабинет, излишне поспешно и не взглянув на Снейпа.
Башевис весьма талантливо разыграл разочарование и растерянность. Он принялся расхаживать по кабинету, бормоча что-то на иврите и сокрушённо качая головой. Наконец, он произнес:
— Но я был уверен, что все верно… Как я мог ошибиться? И главное — где?!
Дамблдор вздохнул и знакомым жестом соединил пальцы рук «домиком»:
— Помните, вы говорили, что когда вы вели поиски в России, у вас появилось два пути. Судя по всему, именно тогда вы и пошли в неверном направлении.
— Да-да, вы, наверное, правы. Но я был настолько уверен, что даже не попытался проверить второй вариант, а следовало бы… Столько лет насмарку!