Он стоял, не решаясь войти, и как-то неуверенно смотрел на нее. Видеть его таким неуверенным было очень непривычно, и Диана вдруг почувствовала, как ее затапливает желание броситься к нему, прижать к себе и не отпускать никуда. Она подавила вздох и подошла ближе.
— Ты не занята? — тихо спросил он.
Вместо ответа Диана взяла его за руку и втянула в комнату, после чего заперла дверь.
Некоторое время они просто стояли рядом, почти вплотную, глядя друг на друга. Внезапно он протянул руку к ее лицу и, взяв кончиками пальцев непослушную прядь у ее виска, заправил ее за ухо. От мимолетного прикосновения костяшек к ее щеке тело будто пронзил разряд тока, сбив на мгновение дыхание. Она инстинктивно схватила его за руку и стиснула его ладонь, та была горячей, словно от лихорадки.
— Что-то случилось? — спросила она, только чтобы что-нибудь спросить.
Он отрицательно покачал головой:
— Просто хотел тебя видеть.
Когда-то она посмеялась над выражением «расцвели розы в душе», но сейчас вполне смогла оценить его истинный смысл. Напряжение последних дней схлынуло, и осталось только ощущение какого-то болезненного счастья внутри, которое рождало в ней присутствие мужчины, подпиравшего сейчас плечом ее дверь. Он пришел, пришел, потому что сам этого хотел, потому что…
Снейп неуверенным жестом привлек ее к себе и внезапно стиснул в объятиях крепко, до боли. Диана судорожно выдохнула и обвила руками его шею. Он целовал ее неторопливо, нежно, наслаждаясь каждым движением ее губ, каждым ее вздохом, осторожно исследуя языком ее рот и мягко поглаживая ее плечи.
Он скользнул губами от ее подбородка к шее и дальше, к ямочке между ключицами, посасывая и чуть прикусывая кожу. Диана отстранилась и, взяв его за локти, увлекла вглубь комнаты, к дивану. Слегка толкнув Снейпа в грудь, она заставила его сесть, а он тут же схватил ее за руку и притянул к себе, усаживая на колени, и опять впился в губы, уже более требовательно. Одной рукой он зарылся в ее волосы, а другой гладил ее колени.
За все это время они не произнесли ни слова. Диане хотелось бы, чтобы Северус хоть как-то вслух обозначил свои ощущения и эмоции, но понимала, что Снейп и ласковые, нежные слова — сочетание столь маловероятное, что легче представить, наверное, Дамблдора, ругавшегося как портовый грузчик. Впрочем, поведение Снейпа и его непривычно блестевшие глаза, в которых читалось откровенное желание, говорили лучше всяких слов.
Он запустил руки ей под свитер и принялся поглаживать ее бока и талию, забираясь все выше. Наткнувшись на застежку лифчика, быстрым движением расстегнул ее и ладонями накрыл ее груди. Горячая волна возбуждения прокатилась по всему телу и свернулась сладостным комком внизу живота, и она, не удержавшись, зашипела сквозь зубы. Северус решительно стянул с нее свитер вместе с лифчиком и отбросил их в сторону, а затем поднялся с кресла, держа ее на руках, и двинулся в сторону стола.
Дождавшись, когда он избавится от сюртука и рубашки, Диана прижалась к нему и, тая от соприкосновения их обнаженных тел, жарко прошептала ему в ухо:
— Вообще-то у меня кровать есть. Или ты хочешь опять на полу?
* * *
…Свечи погасли, и единственным источником света в маленькой спальне был пылающий камин, освещавший лишь маленькое пространство возле каминной решетки, да бросавший тусклые отблески в сторону кровати, на которой двое людей под одним одеялом прижавшись друг к другу, тихонько переговаривались.
— …А тебе обязательно возвращаться к себе?
— Х-мм…
— Только не говори, что у тебя в лаборатории зелье выкипает!
— Не выкипает. Нет, не обязательно.
— Тогда… ты останешься?
— Ты этого хочешь?
— Не хотела — не предлагала бы.
— Ну, ты сама напросилась.
Звук поцелуя, вздохи и тихая возня на поскрипывающей кровати.
— …Может, позвать домовика, пусть принесет чего-нибудь с кухни?