— Уходим! — оглушительно взревел здоровенный «упиванец», до этого «стрелявший» убивающими заклятиями во все стороны не глядя. Повинуясь его команде, женщина, и трое других бросились почему-то к двери, а не в коридор, чтобы уйти тем же путем, что и пришли. Путь их, судя по всему, лежал в сторону опушки Запретного леса, к антиаппарационному барьеру. Диана растеряно глянула им вслед и обернулась к Люпину, словно спрашивая у него, не стоит ли броситься в погоню. Но Римус лишь махнул рукой и крикнул:
— Я сам! МакАдамс, давай за ними! — и они вдвоем побежали за исчезавшими в ночи Упивающимися.
Внезапно стало тихо. Точнее, звуки, сопровождавшие схватку, стихли, слышались лишь негромкие голоса тех, кто остался. Диана без сил опустилась на каменный пол и замерла, обхватив колени руками и закрыв глаза. После мощного выброса адреналина наступала реакция — ватное от слабости тело сотрясала крупная дрожь, будто от озноба, в глазах плясали огненные круги, а стены помещения, казалось, вращались, она ощущала это вращение даже через сомкнутые веки.
Справа от нее послышался булькающий стон и следом за ним — тихие приглушенные рыдания. Диана повернулась на звук. На полу, в луже крови лежал человек с изуродованным до неузнаваемости лицом и лишь благодаря «рокерской» куртке из драконьей кожи и огненно-рыжим волосам она, к своему ужасу узнала Билла Уизли. Над ним склонилась давешняя рыжеволосая девушка — самая младшая из семьи Уизли. Пытаясь понять, что это могло быть за заклятие, Диана подползла к лежавшему. Вблизи было заметно, что лицо Билла словно грызли чьи-то острые зубы — на нем почти не осталось живого места и только кожа вокруг глаз и на левой скуле была нетронута. Подрагивающей от слабости рукой она направила на его лицо палочку и наспех прочитала кровоостанавливающее и обезболивающее заклинания.
— Кто его так? — спросила она у продолжавшей всхлипывать девушки.
— Сивый… — чуть слышно ответила та.
— Оборотень?! — Диана не поверила своим ушам. Не иначе, в пылу схватки она даже не заметила его присутствия, хотя узнала бы его сразу — ведь сколько раз она видела его колдографию с пояснением «Разыскивается». Все они еще легко отделались — на оборотней мало действуют обычные заклинания, а то, что пострадал один лишь Билл, так только из-за того, что нападавшие почему-то поторопились покинуть Хогвартс.
Появившиеся откуда-то другие авроры наколдовали носилки и осторожно переложили на них Билла и еще одного из охранного отряда — ему пробило голову куском обрушившейся стены. Диана бессмысленно глядела им вслед, даже не пытаясь встать. Все казалось каким-то нереальным, похожим на тяжелый сон, из которого невозможно вынырнуть и остается только ждать, когда все закончится. Внезапно чья-то рука легла на ее плечо и слегка потрясла.
Она медленно повернула голову. Это была Тонкс. Лицо ее было серым от пыли, на грязных щеках белели дорожки слез. Глядя на них, Диана отчего-то подумала, что она сама сейчас выглядит такой же чумазой, только без светлых дорожек на щеках.
— Пойдем, — тихо сказала Дора.
— Куда?
— В Больничное крыло. Все туда идут, — Тонкс подхватила ее под локоть, помогая встать.
— Я не хочу. Со мной все в порядке, — пробормотала Диана.
— Это приказ МакГонагалл. Что-то случилось в замке.
Диана издала нервный смешок:
— «Упиванцы» в Хогвартсе — это «что-то»?
— Что-то еще. Пойдем-пойдем, — в голосе Тонкс ей послышалось сильное беспокойство по отношению к ней. — У тебя кровь.
— Где?
Дора дотронулась до ее лба, и Диана только теперь почувствовала легкую саднящую боль. Должно быть, ее все-таки зацепило осколком, когда она взорвала потолок.
— Тебе надо к Помфри, срочно, — Дора покачала головой. — Тебе вообще следовало держаться подальше от этой заварухи. Разве так можно? Себя не бережешь, так хоть его побереги!